Он нашел меня… Мой ночной кошмар. Опекун. Мужчина, от которого я скрывалась несколько лет. Ворвался посреди свадебной церемонии, приставил пистолет к виску дяди и «предложил» стать его женой. От таких предложений не отказываются. Тем более что мой жених, судя по его бледному испуганному лицу, самоустранился. Решалась моя судьба, а помочь мне было некому. Никто не осмелится бросить вызов Чеху. Значит, буду бороться сама. Как учил отец, усыпить бдительность противника, а потом напасть…
Авторы: Майер Кристина
будет хорошо, стала иссякать. Петра уже давно «прооперировали» и поместили в палату. Он, правда, не стал слушать врачей и спустился к нам, хотя должен был лежать. Но разве этих вояк удержишь на больничной койке?
Самир переживал, хотя внешне могло показаться, что он спокоен. Я ощущала на себе долгие взгляды, но в сторону Чеха не смотрела. Я не могу описать свои чувства, но мне кажется, я его ненавижу!
Прислонилась к плечу Петра и прикрыла глаза. Хотелось спать, ведь эти дни были напряженными и бессонными, но я прекрасно понимала, стоит моему сознанию расслабиться и вновь вернутся кошмары.
— Ей нужно поспать, — заговорил Самир, будто читал мои мысли.
— Да, вымоталась она. Лея все эти дни провела у постели Валида. Ей тоже досталось. Когда нас с Валидом в кольцо взяли, она на навес забралась и оттуда отстреливалась. Смелая, — я чувствовала, как он мотает головой, непонятно только осуждает или восхищается. — Хорошо, что стрелять ее Санька научил. Этого Лея снайпера в руку ранила, когда он в твоего брата целился. Благодаря ей пуля попала в плечо, а не в голову, — он выдержал небольшую паузу и добавил: — а то бы мы сейчас Дикого хоронили, — я ждала, что Чех что-нибудь скажет. Возможно, выразит восхищение или похвалит, но этот сухарь просто промолчал. Зря только спящей притворяюсь. — Так что, мой мальчик перед Леей в неоплатном долгу, — произнес Петр, а мне захотелось возразить. Что значит в долгу? Мы друзья! Но решила, что это я Валиду скажу, когда он поправится.
— У Мальцевых в привычку входит спасать жизнь Чехоевым. Благо, что в этот раз все живы остались, — холодно произнес Чех. Как же хотелось хоть одним глазком подсмотреть за выражением лица Самира, но тогда он поймет, что я не сплю. Надо просыпаться…
Абсолютно бестолково разыграла пробуждение, когда двери операционного блока открылись.
— Ты почему не в палате? — строго спросил военный хирург Петра.
— Не кричи, как там мой парень? — не дрогнул нерадивый пациент.
— Рана загноилась, почистили, пулю извлекли, но…
— Он будет жить? — обеспокоенными выглядели все, но разговаривал с хирургом Петр. Самир в своей любимой ипостаси — суровый и нахмуренный, как вековой дуб на картинках детских сказок, стоял и просто внимательно слушал.
— Должен. Несколько дней его продержат в реанимации. Сейчас главное убедиться, что нет заражения крови. Анализы взяли, но даже отрицательный результат в данном случае не показатель, вы же ставили ему антибиотики? — он посмотрел на Петра и тот кивнул. Сейчас все зависит от организма Валида. Руку постараются спасти, но потребуется еще одна-две операции, — эти новости не назвать хорошими, но немного успокаивало, что Валид останется под присмотром специалистов. — Вам бессмысленно здесь находиться, в реанимацию посторонних не пускают. Тем более, сейчас карантин вводят, сезонный грипп. Езжайте в гостиницу, если что, я наберу, Чех. А ты в палату и перестань натруждать ногу, пока рана вновь не воспалилась, — строго проговорил врач глядя на Петра. — Еще говорят, что самые плохие пациенты — врачи, это они с заносчивыми спецами не имели дел, — пробурчал хирург.
— Корней Александрович, ты еще задержишься? — обратился Чех к доктору.
— Дня на два. Коллеги мне предоставили койка-место, так что прослежу за Валидом, а вы отдыхать. Девочку неврологу показали? — мужчины растерялись, — помотали виновато головой. — Ну, что же вы, как дети малые, — строго проговорил он, взял меня под локоть и куда-то повел.
***** ******
Мы приехали в гостиницу. Вдвоем. В такси не перекинулись даже словом. Чех сел рядом с водителем, я сзади. Пока он регистрировался и брал ключи, я сидела в фойе, мечтала поскорее добраться до ванны и кровати. Ощущалось, что теперь мы остались вдвоем и рано или поздно придется с ним общаться, но по возможности, я собиралась избегать Самира.
Я не видела, чтобы на мне остались следы крови убийцы, но ощущала их на себе. Брызги точно попали на шапку. Хорошо, что куртку выкинули. Кровь бандита и так, будто проникла в поры, мне казалось, я чувствую тяжелый металлический запах. Не хотелось ни о чем думать, переживать, поэтому постаралась прогнать эти мысли. Вот доберусь до ванны, сотру с себя всю грязь. Ванна… настоящая…
Мне нужен был отдых. Я очень надеялась, что лекарства, которые выписал невролог, помогут мне уснуть.
— Идем, — Самир поднял мой рюкзак и двинулся в сторону лифтов. В кабинке мы были не одни, нас провожал портье. Хотя багаж, Чех ему не доверил, наверное, потому что тот был очень щуплым на вид.
Я решила, что лучшая тактика
