Он нашел меня… Мой ночной кошмар. Опекун. Мужчина, от которого я скрывалась несколько лет. Ворвался посреди свадебной церемонии, приставил пистолет к виску дяди и «предложил» стать его женой. От таких предложений не отказываются. Тем более что мой жених, судя по его бледному испуганному лицу, самоустранился. Решалась моя судьба, а помочь мне было некому. Никто не осмелится бросить вызов Чеху. Значит, буду бороться сама. Как учил отец, усыпить бдительность противника, а потом напасть…
Авторы: Майер Кристина
пара малышей.
— Знаете, меня не устраивает качество ваших услуг, — бросает на меня злой взгляд и принимается выговаривать. — Я слишком часто подверглась смертельной опасности и спасала себя сама. Вы и ваши люди появлялись лишь в конце. Полгода в тайге вдали от цивилизации, как показывает опыт, тоже было сомнительным решением, — обвинения попадают в цель, но в нашей работе не всегда все гладко проходит. А она и не работа вовсе. Человеческий фактор, как правило, вредит делу. Ведь мог не уберечь… — Я найму себе профессионалов, — выдает она. Удар ниже пояса…
— Я закрою любое охранное агентство, в которое ты обратишься! — не шучу, свою женщину защищу сам и самый лучший способ никуда ее от себя не отпускать.
— Тогда я получаю полную свободу и могу выезжать с охраной, видеться с друзьями, встречаться…
— Я подумаю… — обрываю ее монолог. Мне не интересно, с кем она там собирается встречаться.
— Я хочу получить развод, прямо сейчас, — так и хочется поцеловать этот упрямый рот, чтобы он глупости не говорил!
— Позже поговорим, мне позвонить надо…
Никакого развода Лея не получит!
********* *************
Лея
Как же он меня бесит!
Весь из себя! Сильный, непобедимый, уверенный в себе! Меня не успокоило то, что Самир отправил Оливье в тюрьму. Как забыть, что он нашел любовницу похожую на меня? Я не хочу жить с ним рядом, находиться под одной крышей!
Потому что до сих пор больно! Вычеркнул меня из своей жизни после всего, что между нами было. Поселил в одном доме со своей любовницей, которая сдала меня убийце.
«Отольются кошке мышкины слезки» — мысленно произношу и прячу свои истинные чувства за маской безразличия.
Петр хромая выходит нам навстречу. Почти подбегает ко мне насколько позволяет нога и сгребает в свои медвежьи объятия. Что это с мужчинами? Такое ощущение, что их подменили. Где суровость и холодность на лице?
Мысленно возмущаюсь, но где-то приятно видеть, что он переживал. Хотя я еще обижена. Оливье он тоже так обнимать собирается?
— Напугала меня! Бить тебя некому и мне некогда, — бурчит так смешно, а голос глухой срывающийся. Переживал…
— Со мной все хорошо, — спокойно произношу.
— Вижу! Прости, девочка, что оставил, — я поднимаю к его лицу взгляд насколько он мне позволяет, а там… в глазах слезы. Такие большие и сильные мужчины тоже плачут…
— Рустам не собирался меня отдавать Зурабу, — оглядываюсь, Чех чуть в стороне говорит по телефону. — Он все хорошо спланировал, а я согласилась помочь. Теперь его задержали. Петр, заступись, пожалуйста, — я Чеха не просила, видела, что он зол. Бессмысленно в таком состоянии с ним разговаривать.
— Я Самира полностью поддерживаю, — гневно проговорил Петр. — Рустам должен был предупредить. Да любой из нас голыми руками на Зураба пошел бы, чтобы его жену спасти. А он месяц молчал, за нос водил. Значит, знал, что если понадобится — тебя отдаст! — выговаривал он каждое слово сквозь зубы.
— Вы не боги, а его жена могла погибнуть, — продолжала заступаться за Рустама.
— Он рискнул тобой, Лея. Этого ему Самир не простит. Я удивлен, что он его в живых оставил, — бесполезно разговаривать с этими упрямыми мужчинами, но я попробовала еще раз:
— Отправьте на пенсию. Пусть больше не считает его своим другом, но Рустам не заслужил тюремного срока. Я не буду давать против него показания. Он спас свою жену.
— Рустам сам себя отправил на пенсию. С позором! Ты озябла, идем в дом, — тут он был прав, меня всю трясло.
— Как Валид?
— Лучше. Слабый еще, но это не помешало ему уже раз десять мне позвонить и спросить, что с тобой. Рвется в Москву, — так приятно, что он обо мне думает. Слезы опять потекли из глаз, как у какой-то нюни. — Ты иди в душ. Хорошо прогрейся под горячей водой, а я тебе с Олегом отвар один волшебный сварю. Тебе поспать надо.
Поспать надо, но я боюсь, не смогу уснуть. Наступает откат и меня уже не от холода трясет. От невролога я отказалась, когда Петр мне его пригласил после случае с моим захватом, а сейчас, наверное, соглашусь…
Только вышла из душа в дверь постучались.
— Лея, можно? — спросил Петр. Запахнув посильнее банный халат, открываю дверь. В нос бьет неприятный запах. — Пей, — протягивает мне кружку. Машу головой, даже брать в руки не хочу. — Давай-давай, — и я беру. Пью. Спорить и сопротивляться просто не осталось сил. На вкус, кстати, не так плохо, главное не нюхать. — Тебе нужно отдохнуть, — когда я допиваю и возвращаю кружку, произносит он. — Ложись, —
