знал Маркиана Васильевича, но и был с ним в дружеских отношениях. Сергей убрал в свой чемодан вещи Смирнова, оставил на столе только деньги.
— Значит, умерла старушка естественной смертью? — говорил тем временем Кияшко в трубку. — Кстати, что с ней такое? Рак. Скажи, пожалуйста, сейчас все умирают от рака… Мы живем в век атомной энергии и рака. Ну, бывай! Спасибо.
Положив трубку, Кияшко удивленно взглянул на пачки денег.
— А это почему не забираете?
— Товарищ майор, — сказал Сергей, — я бы не хотел таскать с собой такую большую сумму. Может быть, их можно сдать куда-нибудь?
— Это ваше дело, — как бы с сожалением пожал плечами Кияшко. — Но… Я полагал, что они вам еще нужны. Ну, а если…
Сергей перехватил взгляд Кияшко, который тот бросил на пачки денег. «В деньгах таится что-то важное, — мелькнула догадка у Сергея. — На бандеролях штамп хабаровского банка, майор только что разговаривал с Хабаровском. Это неспроста, тут есть какая-то взаимосвязь, майор о чем-то догадывается». Сергей осторожно, точно боясь обжечься, взял в руки одну из пачек.
— Товарищ майор, разрешите вскрыть? — спросил он,
— Пожалуйста.
Практикант разорвал тугие бандероли и вынул из середины пачки несколько сторублевок. Он пощупал их пальцами, проверил на свет и, взяв на столе большую лупу, начал рассматривать их через увеличительное стекло. Сторублевые купюры не были похожи на фальшивые.
— Деньги наши, советские, настоящие, — сказал майор равнодушно.
«В чем же дело? — напряженно думал Сергей. — Где тут зацепка?» Он посмотрел на штамп банка и подписи кассира и контролера. «Может быть, тут что-то неладно?»
— Разрешите сделать запрос в Хабаровск?
— А что вас интересует?
— Фамилия кассира и контролера.
— Я уже узнавал…
— И все правильно, все совпадает? — почти в отчаянии спросил Сергей.
— Все правильно, все совпадает, — шумно вздохнул Кияшко, — кроме одной маленькой, видимо, непредусмотренной детали… Как фамилия кассира?
— Сазанова В. И. Ее подпись на всех пачках.
— Так вот, эта Сазанова Варвара Ивановна умерла на две недели раньше…
— …той даты, какая указана на бандеролях? — торопливо произнес Сергей, широко раскрывая глаза.
— Да.
Глаза Сергея лихорадочно блестели. Он сжимал в пальцах пачку денег, но у него было такое ощущение, будто бы он ухватился рукой за обнаженный провод и электрический ток проносится по его телу.
— Значит, все бандероли фальшивые… — тихо произнес он. — Деньги настоящие, а упаковка сфабрикована. Зачем и где это сделано?
Кияшко усмехнулся.
— Вот и вы начали задавать себе вопросы из детской книжечки. Но на сегодня хватит, я вижу, что за последние дни вы сильно переутомились. Идите отдыхать.
Оставив свой чемоданчик в пустующем кабинете капитана Николаева, Сергей отправился к Волковым. Он решил безоговорочно выполнить совет майора и выбросить на время из головы мысли о Смирнове. В кино или на танцульку пойти все же не удалось: мать Сони совершенно резонно заметила, что час уже поздний и молодым людям лучше посидеть дома. Однако вечер прошел на удивление весело и содержательно. Сергей заметил на этажерке, туго набитой книгами, томик Чехова и нашел там рассказ «Шведская спичка». Он взялся прочитать рассказ вслух и, очевидно, сделал это мастерски, так как мать Сони, Соня и даже мрачноватый Игорь все время покатывались со смеху. Смеялся и Сергей, увидев, что кое в чем он действительно походит на помощника следователя Дюковского. Потом его угощали чаем с брусничным вареньем и пончиками.
Мать Сони поведала Сергею «тайну», сильно тревожившую ее: их жилец уже пятый день как исчез куда-то и не является забрать свой чемодан. Сергей, переглянувшись с Соней и Игорем, успокоил женщину, сказав, что в его жизни был примерно такой же случай: однажды ему пришлось неожиданно выехать в командировку на целый месяц, и он не успел предупредить об этом своих хозяев. —
Уходя от Волковых, Рубцов попросил Соню дать ему на несколько дней брошку, подаренную Смирновым. Девушка незаметно сунула ее в карман Сергея и подняла на него грустные глаза. Она словно подозревала, что Сергей может порицать ее за то, что она так легкомысленно согласилась принять этот подарок.
Ничего, Соня, не переживайте, — тихо сказал Сергей и крепко пожал ее тонкую горячую руку.
Спал он крепко и утром, приняв холодный душ, хорошо растерев тело мохнатым полотенцем, почувствовал себя таким бодрым и свежим, точно целый месяц отдыхал на курорте. Зайдя в пустой кабинет капитана Николаева, ставший несколько дней назад его рабочим кабинетом, он позвонил в отделение
