Мало мне было проблем с одним самозваным женихом, теперь они множатся в моей жизни, как грибы после дождя. Только-только успела прижиться в академии и поднять престиж бытового факультета, как война в Серых землях срывает нас с места и несет неведомо куда. Справлюсь? Или отступлю? Таки не дождетесь!
Авторы: Рина Ских, Дэвлин Джейд
Но Валентайн не торопился меня отпускать, с беспокойством всматриваясь в мое лицо, явно не поверив моим словам. И только было собрался что-то сказать, как нас бесцеремонным образом прервали.
— Что происходит? — раздалось у меня за спиной ледяное змеиное шипение. Твою мать, только его тут не хватало!
— Рисс ай’Дельвир стало дурно, — не менее холодно ответил Валентайн, поглядев поверх моей головы прямо на возникшего неизвестно откуда Арэна. — Дурные вести. А что вы тут делаете? Я не советовал бы вам докучать ей в такой момент. Думаю, вам хватит такта добиваться ее внимания в другое время.
— Если рисс ай’Дельвир дурно, то это как раз моя прямая обязанность добиваться ее внимания и выяснить, что с ней! — Злость в голосе настырного целителя крошилась как стекло под прессом, острыми осколками разлетаясь в стороны и раня всех, кто подвернется. — Я все же главный лекарь этого заведения, так что я настаиваю…
И его рука так же твердо опустилась мне на плечо, попытавшись оттолкнуть руку другого мужчины.
Ерша им в глотку, а если они подерутся, выдирая меня друг у друга, как плюшевого мишку?! Бр-р-р-р.
— С каких пор? — А, кажется, Валентайн уехал до нового назначения… Черт, о чем я думаю?! Дети!
— Хватит спорить. — Я развернулась, выученным пируэтом уходя чуть в сторону, чем легко сняла руки Валентайна со своих плеч, мельком глянула на Арэна — его рука тоже оказалась сброшена, а потом твердо отрезала: — Со мной все в порядке. Прошу прощения, но я спешу. Надеюсь, вы закончите свой разговор без меня.
Развернулась и быстрым шагом отправилась туда, куда изначально и бежала: в кабинет ректора. Мне вслед еще донеслось слаженное восклицание мужчин, не ожидавших от меня такой прыти, но мне явно сейчас не до петушиных боев.
К счастью никого больше по пути не встретив, за считаные минуты я добралась до нужного кабинета. На миг застопорилась на пороге, призывая на помощь все свое хладнокровие, и вошла в приемную. Бегло кивнув секретарю, вихрем промчалась и без стука ввалилась в кабинет ректора, уверенная, что знаю, что увижу. Усталый, измученный поездкой ректор с привычным бокалом коньяка, и его бы никто не осудил, но…
Вайдер стоял у окна, отстраненно, я бы даже сказала, безразлично глядя куда-то в сторону боевого полигона, где сейчас как раз шла тренировка второкурсников. Вопреки всему, в кабинете и не пахло коньяком, виски или каким-либо другим алкоголем. Лишь витал легкий аромат гари да стены украшали местами подпалины, будто кто-то всего несколько минут назад, не в силах сдерживать переполнявшие эмоции, просто выпускал файерболы один за другим, не беспокоясь, куда они попадут.
Под ногами тихо хрустнули осколки вазочки из-под конфет, когда я все же сделала шаг. Взгляд отметил и какие-то скомканные документы, валявшиеся в беспорядке на полу, испачканные чернилами. Словно кто-то, не заботясь о последствиях, попросту смахнул все одним быстрым порывистым движением…
Внутри все скрутилось в тугой клубок боли. Я сама, наплевав на субординацию и любые приличия, обошла ректорский стол и одним точным посылом «обратного буравчика» взломала замок на ящике, тем более что он и не был так уж надежно заперт. Вынула ту самую бутылку — за время отсутствия Вайдера она успела покрыться легким налетом пыли. Машинально легким щелчком пальцев убрала это безобразие и пролевитировала с полки два бокала.
Звук отвинчивающейся крышки и легкий звон горлышка бутылки о бокал наконец заставил ректора вздрогнуть и отмереть. Вайдер медленно повернулся, и я сжала зубы — его лицо… не то чтобы постарело. Нет. Оно просто словно стерлось, потеряв все краски.
— Рисс ай’Дельвир… — протянул он, чуть поморщившись, будто вспоминая. Его голос звучал глухо, чуждо, безлико.
Я молча подошла и буквально насильно всунула бокал ему в руку. Просто вот взяла за рукав, потянула, вложила в вялую ладонь стеклянный сосуд и сама же сжала его пальцы вокруг него.
— За упокой пьют из серебряной посуды, — медленно произнес он совершенно мертвым голосом, глядя на стакан со спиртным в своей руке.
— Типун тебе на язык! — рявкнула я, мгновенно разъяряясь. — Не смей! Не смей хоронить детей раньше времени!
— Знаете, Саяра, я раньше как-то не задумывался, каково это — терять кого-то близкого. Даже когда раз за разом отправлялся на зачистку прорывов вместе с моими товарищами… — разглагольствовал ректор, немного оттаяв и вернув краски лица. Но по-прежнему смотрел все на тот же полигон,
