Каждый адепт магической академии знает и свято соблюдает три непреложных правила. Не влипай в неприятности, не спорь с преподавателем, не устраивай тайные эксперименты на территории академии. И я не была бы исключением, если бы не одно «но». На руках у меня есть никому не известный рецепт приворотного зелья, и удержаться от соблазна его сварить выше моих сил. Да и вообще! В методичке по практической алхимии стоило бы сделать одну, но очень важную пометку: никогда и ни при каких обстоятельствах не давайте пить непроверенное зелье наглому и самоуверенному боевому магу! (1bd23) Ни-ког-да!
Авторы: Созонова Юлия Валерьевна
Что даже мутировавшие обитатели руин притихли и замерли в ожидании?
— Не дамся, — панически вскрикнула и попыталась-таки осуществить план побега.
Но Валесс, успевший меня неплохо изучить по всей видимости, среагировал мгновенно. Он бросился вперёд, схватил меня за руку и дёрнул на себя, заставив рухнуть ему на грудь. И крепко сжал в объятиях, тихо посмеиваясь над моими жалобными стонами.
От неожиданности я растерялась ровно на одну минуту. Дезориентированная в пространстве и ещё не осознавшая, что моя попытка к бегству закончилась такой сокрушительной неудачей, я замерла, как мышь под веником. Чем боевик и воспользовался, обмотав наши руки шарфом и заткнув все возможные возмущения поцелуем.
— Отпусти, — пискнула, тщетно пытаясь вырваться из его хватки. И с ужасом осознавая, что совершенно не хочу этого делать. А Валесс, словно учуяв слабину, целовал нежно, пьяняще, тягуче… Он словно согревал меня в своих ладонях, вынуждая доверится ему и отдать всю себя без оглядки.
И будь что будет!
— Лизара Руса, доверишь ли ты мне заботу о себе и своём сыне? – тихо спросил боевик, отстранившись ненадолго и обхватив нашими связанными вместе руками моё лицо.
— Я… А? – голова шла кругом. Почему-то вокруг нас стояла вся шайка-лейка, в полном комплекте и с дополнительной поддержкой в виде двух полубессознательных боевиков. И они явно что-то бормотали себе под нос, усиливая давление магии.
Я просто-таки кожей ощущала её горячие всполохи. И от этого приходила в ещё большее недоумение. Концентрация магии указывала на обряд. Причём обряд, проводимый по всем правилам семейного кодекса.
Но какой обряд, да ещё и из старых семейных запасов можно проводить на территории Академии, да ещё в такой… Неординарной компании?!
— Лиз, солнышко моё… — ещё тише прошептал Валесс. Заглядывая мне в глаза и гипнотизируя неожиданно притягивающим синим взором. В глубине которого закружились золотые искры. И прежде, чем я успела что-то хотя бы попытаться сообразить, он поцеловал меня снова, выдохнув. – Ты мне доверяешь?
Наверное, это был мой самый безумный и безрассудный поступок со времени пресловутой подставы с приворотным зельем. Наверное, я обязательно пожалею об этом после. Но сейчас, когда меня так обнимали, так нежели и дарили столько ласки и любви, я не смогла сказать ничего иного…
Только выдохнуть, чуть слышно:
— Да…
Поцелуй стал терпким, с привкусом жгучей, невыносимо пряной страсти. Боевой маг прижал меня к себе ещё крепче, пробормотав себе под нос несколько незнакомых мне слов. Вот только спросить его, что они означают, я не успела, банально потерявшись в ощущениях и водовороте собственных, ярко вспыхнувших чувств. Ведь, что бы там не говорили ведьмы, ревностные сторонники равноправия и эмансипации женщин, а каждой из нас всё равно хочется сильного, любящего мужчину. Хочется таких простых ласк и тёплых, нежных прикосновений.
Хочется быть любимой, знать, что тебя есть, кому защитить и тебе есть к кому возвращаться после работы или учёбы.
Да, у меня есть мой Царь, мой обожаемый и любимый сын. И когда он вырастет, он будет заботиться обо мне, как я забочусь о нём сейчас. Только это ведь всё равно не то. И сыновья любовь, какой бы сильной и крепкой она не была, никогда не заменит любви мужчины.
Определённо, я об этом пожалею… Но сейчас я чувствовала себя счастливой. И ни за что не хотела расставаться с этим тёплым, ласковым огнём, что дарил мне боевой маг.
Правда, ровно до того момента, пока не ощутила прикосновение холодного клинка к ладони. Резкая, обжигающая вспышка боли вырвала из горла крик, потонувший в по-прежнему ласковом и нежном поцелуе. Я попыталась вырваться, но Валесс лишь сильнее прижал меня к себе, стискивая раненную ладонь своей, всё так же перемотанной белым шарфом.
— Свидетельствуем, — хоровой громогласный вопль ударил по ушам, а следом по телу прошлась волна магии, пронизывая всё и вся, скрепляя, спаивая нас с магом воедино.
И до моего разленившегося от избытка гормонов счастья мозга наконец-то дошло, что ж за обряд требует таких интересных подробностей как белый шарф, группа свидетелей, два со стороны жениха и место силы, пропитанное магией разной направленности.
Со всей силы врезала кулаком прямо ему в живот. А потом, когда Валесс от неожиданности согнулся и отшатнулся, ещё и по уху добавила, чувствуя, как руку невольно обожгло волной малого, пока что, отката. Увы, жених и невеста не могут причинить друг другу вред. Намеренно, естественно. Потому как один из древнейших обрядов помолвки, имел самые строгие, я бы даже сказал суровые ограничения, накладываемые на обе стороны, готовящиеся вступить в брак.
Одна беда.
