Каждый адепт магической академии знает и свято соблюдает три непреложных правила. Не влипай в неприятности, не спорь с преподавателем, не устраивай тайные эксперименты на территории академии. И я не была бы исключением, если бы не одно «но». На руках у меня есть никому не известный рецепт приворотного зелья, и удержаться от соблазна его сварить выше моих сил. Да и вообще! В методичке по практической алхимии стоило бы сделать одну, но очень важную пометку: никогда и ни при каких обстоятельствах не давайте пить непроверенное зелье наглому и самоуверенному боевому магу! (1bd23) Ни-ког-да!
Авторы: Созонова Юлия Валерьевна
И хотя я прекрасно понимаю, что всё бывает в первый раз…
Но почему именно я крайняя?!
Следующие дни напоминали череду соревнований, исход которых был непредсказуем как тайфун в степях, где нет и намёка на хоть какой-то завалявшийся водоём. Правда. Когда это останавливало пышущих энтузиазмом адептов?
Начали мы, что характерно, с алхимической части нашей отработки. И так как бессонная ночь не повысила моё жизнелюбие, а капризничавший накануне и с утра пораньше ребёнок удвоил желание закапывать того, кто первым под руку подвернётся…
В общем, на малом военном совете было принято важное стратегическое решение. Вместо того, что бы вторую и третью, и, при очень невыгодном раскладе, четвёртую ночь некоторые алхимики не проводили в объятиях котлов и колб, мы банально, но оперативно обнесём больничное крыло.
Да, некрасиво. Да, недостойно. Но учитывая, что такая благая мысль приходит далеко не в первые светлые головы местных адептов, обносивших запасы лекарей с завидной регулярностью, мы на их фоне выглядим вполне себе прилично.
В конце концов, не залежи же спирта грабить собрались, а вполне себе позаимствовать всего лишь некоторое количество лекарственных зелий и однокомпонентных составов. И треногу. Обязательно алхимическую треногу!
А то та, что была в выделенной мне щедрым ректором лаборатории, не пережила столкновения с желающим проявить себя Хобром. Хорошо ещё котёл был в это время девственно пуст…
На дело шли всем составом, за исключением полуорка. Во-первых, он хоть и сильный, зато слишком заметный. А во-вторых, я оставила его бдеть над основой для антидота к приворотному. Недоумённые и скептические взгляды товарищей я стойко проигнорировала. Мотивировав свои действия тем, что я – не ректор и слово своё держу!
А то, что при этом очень недобрым взглядом провожаю шустро передвигающегося по лаборатории боевого мага… Ну, что тут поделаешь, привычка! Тем более, надо же на ком-то это будет испытывать…
Наверное.
Кабинет дежурного целителя, волей судьбы и всё того же ректора отвечающего сегодня за Больничное крыло всей Академии, был скуп на мебель и аскетичен на душевное тепло. Зато пропах спиртом, пересушенными даже на непрофессиональный нюх травами и… Безнадёгой. Причём настолько зверской, что на первый порах мы даже несколько стушевались, услышав стандартный вопрос в исполнении лекаря:
— На что жалуетесь, болезные?
Правда, ровно на пару секунд. Этого хватило, что бы перегруппироваться, посоветоваться и выбрать крайнего. Которым, по странному стечению обстоятельств, оказался именно Валесс.
— Исключительно на мировую несправедливость, — подал голос наш некромант, аккуратно подталкивая в спину замершего на пороге Валесса. Боевик сопротивлялся, как мог, однако против превосходящего числом противника (к Орфелии присоединилась Аида, а после и Ирис, вызвав небывалое удивление на лице остальных членов команды) оказался совершенно бессилен.
И был вынужден позволить себя отконвоировать к столу целителя, с формулировкой, выданной аспирантом Гретх:
— И на одного гиперактивного боевого мага. Он на себя стеллаж с заготовками для зелий обронил… Проверьте его, пожалуйста.
— Стеллаж, говорите… Зелий… — задумчиво пожевав губы, хозяин кабинета прищурился и потянулся к небольшому стеклянному шару, используемому для связи с внешним миром. – А не позвать ли нам магистра Картса?
— З-зачем?! – от неожиданности Валесс аж заикаться начал, явно не имея никакого желания встречаться с собственным деканом.
— Как это зачем, молодой человек? – несказанно удивился лекарь, вытаскивая из стола потёртый лист бумаги и обгрызенный кусок карандаша. Помусолив кончик грифеля, этот мужчина средних лет, с ранней сединой и взглядом заправского эскулапа, встретившего очень интересный случай в своей долгой практике, пояснил. – На лицо покушение на жизнь вверенного ему адепта!
Все присутствующие одарили меня возмущёнными взглядами. И это притом, что я к озвученному происшествию не имела никакого отношения. Показав кулак хихикающей МакГи, успевшей за время нашего общения растерять и смущение, и стеснительность, и позабыть о привычке проверять наличие очков, я поспешила уточнить:
— Целитель Патрик, стеллаж на него упал случайно и то, потому что некоторые боевые маги в попытке продемонстрировать все свои сомнительные достоинства слабому полу, совершенно не смотрят по сторонам!
— А? – целитель отвлёкся от своих записей и, найдя меня взглядом, расплылся в благодушной улыбке. – Адептка Руса! Помню-помню, как же… Ожоги третьей степени, два перелома носа, одно сотрясение мозга и… Так-так-так, — тут целитель
