Каждый адепт магической академии знает и свято соблюдает три непреложных правила. Не влипай в неприятности, не спорь с преподавателем, не устраивай тайные эксперименты на территории академии. И я не была бы исключением, если бы не одно «но». На руках у меня есть никому не известный рецепт приворотного зелья, и удержаться от соблазна его сварить выше моих сил. Да и вообще! В методичке по практической алхимии стоило бы сделать одну, но очень важную пометку: никогда и ни при каких обстоятельствах не давайте пить непроверенное зелье наглому и самоуверенному боевому магу! (1bd23) Ни-ког-да!
Авторы: Созонова Юлия Валерьевна
краем глаза подозрительное шевеление в самом дальнем и самом тёмном углу зала. При ближайшем рассмотрении оказалось, что там, с удобством устроившись на каменном полу, сладко спали Ирис и Хобр.
Чуть ли не в обнимку и пуская слюни, от чего картина получалась умиляющая, но забавная.
— Разбудить? – спросил Валесс, с любопытством роясь в каких-то свитках на соседнем столе. Кажется, туда я сбросила все отсеянные за время работы варианты зелья и антидота к нему. Вперемешку с чертежами лабиринта и, если меня память не подводит, листками, исписанными с двух сторон колкими и не очень фразами… Это мы так с Валессом общались, когда он не придумал ничего лучше, чем гаркнуть что-то мне под руку. Лабораторию то не взорвали, зато поругались и целых два часа не разговаривали.
Точнее это я с ним не разговаривала, записывая ответы на подсунутых под карандаш листочках, а вот сам боевик разглагольствовал обо всём на свете. Кроме того, что для записок он решил использовать секретный дневник настоящего хозяина этой лаборатории. И как он сумел защиту снять с потайного сейфа в нише за шкафом с пробирками?
Чудеса, да и только!
— Нет, — подумав немного, отрицательно замотала головой. И махнула рукой, что бы боевик отошёл от стола и устроился на табуретке рядом со мной. – Так от них пользы больше и шума меньше. Не знаю, что уж Ирис Хобру сказал такого… Но впервые в жизни вижу, как полуорк предвкушающе скалится, глядя на представителя сильного пола.
— Ну что могу сказать… — Валесс плюхнулся на табурет и пожал плечами, рассеянно проведя рукой по волосам. – Это Ирис. И, боюсь, этим всё сказано…
— Это-то и пугает, — вздохнув, сверилась с записями ещё раз, проверила основу, поставленную мною для брожения вчера вечером и, удовлетворённо покивав собственным мыслям, взяла в руки нож. – Ну что, мой юный друг… Приступим?
В первое время, заслышав в моём голосе такие вот маниакальные нотки, Валесс невольно вздрагивал и пугался, делая несколько шагов назад. Что предсказуемо приводило к падению со стула и недовольным возгласам, сотрясающим лабораторию. Теперь же боевик лишь улыбнулся и с интересом продолжил наблюдать за моими действиями. Что уж такого любопытного и захватывающего было в нарезке ингредиентов — я не знаю. Но следил он внимательно, словно пытаясь запомнить, как и что делается…
И не смотря на бытующее мнение, что излишне пристальные взгляды раздражают, отвлекают и мешают при такой тонкой работе, я на Валесса привычно не обращала внимания, в мыслях уже составив примерный план реакции и теперь пытаясь сообразить, как воплотить его в жизнь. Уж больно противоречивые там получались последовательности и если что-то упустить из виду, вполне вероятно, что второй раз спасти лабораторию от взрыва не получится. А если…
— Лиз? – осторожное прикосновение нежных пальцев, скользнувших по запястью, вывело меня из задумчивости.
— А? – откликнулась немногословно, продолжая пытаться мысленно вычислить, сколько граммов катализатора мне нужно добавить, что бы повысить скорость реакции, но не устроить тут местечковый филиал преисподней.
Помаявшись ещё минуту, плюнула и взяла в руки листок бумаги, начав считать количество ингредиентов по формуле Рицепса-Микса. Она, конечно, больше для зелий тёмной направленности подходила, но с её помощью было больше шансов свести возможные побочные эффекты и неучтённые последствия к минимуму.
У той же формулы Аскарла погрешность составляла без малого пять процентов, а это, в условиях алхимической реакции, очень уж много даже на мой не совсем профессиональный взгляд.
— Ну Лиз… — настойчивое поглаживание становилось всё трудней игнорировать. Даже любимые мною формулы становились не такими привлекательными, когда боевой маг начинал обводить кончиком пальца узор моей благоприобретённой татуировки.
— Чего тебе, чудовище? – вздохнув, я отодвинула расчёты в сторону и вопросительно посмотрела на боевика, гадая, что опять могло взбрести в эту светлую, но слишком уж буйную голову. И то ли у меня настроение такое было, то ли я вдохнуть чего-то умудрилась…
Но догадки были дурные. Приятные, да. Но дурн-ы-ы-е-е…
— Это ведь для антидота, да? – и взгляд у боевика такой жалобный стал, что я невольно потянулась по голове его погладить, дабы успокоить и приободрить. Однако, вовремя вспомнив о том, что на меня защитные перчатки в слизи болотного червяка, поспешила убрать руки обратно.
Сомневаюсь, что Валессу пойдёт парик или же проплешина, в форме чьей-то пятерни. Эпатаж, конечно, всегда в моде, но точно не тогда, когда он граничит с идиотизмом.
— Угу, — согласно выдала, задумчиво постукивая пальцами по столешнице.
Расчёты были верные.
