Практикум по привороту или мама-одиночка для двоих

Каждый адепт магической академии знает и свято соблюдает три непреложных правила. Не влипай в неприятности, не спорь с преподавателем, не устраивай тайные эксперименты на территории академии. И я не была бы исключением, если бы не одно «но». На руках у меня есть никому не известный рецепт приворотного зелья, и удержаться от соблазна его сварить выше моих сил. Да и вообще! В методичке по практической алхимии стоило бы сделать одну, но очень важную пометку: никогда и ни при каких обстоятельствах не давайте пить непроверенное зелье наглому и самоуверенному боевому магу! (1bd23) Ни-ког-да!

Авторы: Созонова Юлия Валерьевна

Стоимость: 100.00

мне в голову. Она настигла меня в тот самый момент, когда вы, адепт Волоус, заплетающимся языком выводили характеристики на весь преподавательский состав нашего факультета. И радуйтесь, о многомудрый и неистощимый на красочные, сочные эпитеты адепт, что ваш дежурный педагог на сегодня я, — тут по толпе адептов прошёл жалобный стон, сменившийся коллективным вздохом облегчения, когда преподаватель с непередаваемым наслаждением добавил. — И я настолько люблю свою работу, что сумел не поддаться сладким уговорам декана уступить ему и поменяться дежурствами. Нет, адепт Волоус, во мне не проснулось человеколюбие и таким непотребством, как жалость и сочувствие к ближнему своему я отродясь не страдал. Но позвольте вам напомнить, что декан, пребывая под глубоким впечатлениям от слов, слетавших с вашего распутного языка, лично обещал показать вам весь свой богатый внутренний мир… Вместе с бездонными познаниями по части специфических отраслей боевой и стихийной магии. И да будет вам известно, адепт Волоус, что даже я не рискую получить подобную, подробную лекцию в его исполнении. Я как это ни странно, предпочитаю чужие мозги словесно препарировать, а не вынимать их из черепа в прямом смысле этого слова.
Я заинтересованно выглянула, желая разглядеть поближе такого неоднозначного преподавателя. Нет, у нас на факультете и свои ядовитые экземпляры водятся, причём порою ядовитые в самом что ни на есть буквальном смысле. Однако даже их мерзкие комментарии меркли на фоне  злого языка магистра Ройса. Ведь они старались бить по самолюбию и тяге к зельеварению у собственных подопечных.
Тогда как магистр Ройс просто и беззастенчиво получал истинное удовольствие от того, что без единого нецензурного слова мог сравнять человека с плинтусом. Такому противнику и магия, в общем-то, почти без надобности. Достаточно будет плохого настроения, достойной жертвы и отсутствия хоть какой-то системы сдержек и противовесов, вынуждающих магистра держать своё ораторское искусство в узде.
Воистину, впечатляющая личность.
Как показало наблюдение, внешность была под стать его способностям. Высокий, худощавый, с этакой аристократической бледностью истинного вампира и алыми, как кровь волосами. Глаза жёлтые, нос с горбинкой, губы полные, плечи широкие и руки сильные. В общем и целом, магистр был если не красив, то, безусловно, обаятелен.
Но я как-то не представляю себе девушку, которая осмелиться поймать в свои сети такого хищного зверя. Когда вокруг бродит столько свободных и куда менее опасных экземпляров, волей неволей подумаешь, а нужна ли тебе такая головная боль в виде злого, колючего и кусачего магистра?
— А я-то думаю, чего мои однокашники по комнатам попрятались, — задумчиво протянул непонятно когда вернувшийся Валесс. Глянул на меня насмешливо и окинул софакультетников сочувствующим взглядом, выдав. – Ну да, когда Змий дежурит проще отсидеться в шкафу, чем доказать ему что ты ни в чём не виноват и вообще, не был, не привлекался, не участвовал.
— И я рад видеть вас в добром здравии, адепт Валесс, — невозмутимо отозвался мужчина, стоявший от нас на приличном расстоянии. – Леди, примите мои искренние соболезнования. Надеюсь, вдовство не станет для вас такой уж неожиданной новостью.
— Почему? – вопрос слетел с языка быстрее, чем я  успела закрыть себе рот. Валесс же недовольно фыркнул, смерив магистра далеко недружелюбным взглядом. Кажется, боевой маг шуточки на тему нашей совместной жизни не понимал, и понимать отказывался.
Ну, или питал к магистру Ройсу взаимную любовь, представляя в лицах и красках, как ломает тому что-нибудь не очень нужное. Челюсть, например. И нет, вслух Валесс ничего не говорил. Но ох уж эти выразительные взгляды…
— Учитывая способности вышеупомянутого адепта находить себе неприятности… — начал было пояснить магистр, но раздался звук бьющего стекла, грохот падающего тела… И магистр Ройс был вынужден отвлечься, что бы неспешно растягивая гласные проговорить. — Адепт Золтон! Какого пьяного аиста уговорили доставить тебя в дом твоих родителей?! Мне просто нестерпимо как хочется найти эту несчастную птичку и отучить его пить всё, что горит! Потому как, судя по вашему умственному развитию, летел этот аист исключительно сквозь горы, пьяными зигзагами и встречаясь с каждой более или менее твёрдой поверхностью!
— Я случайно, магистр Ройс!
— То-то и оно, Золтон, что случайно. И это невольно ставит передо мной, как перед ответственным и заботливым преподавателем, — по коридору прошёлся едва различимый смех, — весьма нетривиальную задачу. А именно: куда и в какие дебри надо отправить вас с сотоварищами, что бы обеспечить себе спокойное и беспроблемное