Каждый адепт магической академии знает и свято соблюдает три непреложных правила. Не влипай в неприятности, не спорь с преподавателем, не устраивай тайные эксперименты на территории академии. И я не была бы исключением, если бы не одно «но». На руках у меня есть никому не известный рецепт приворотного зелья, и удержаться от соблазна его сварить выше моих сил. Да и вообще! В методичке по практической алхимии стоило бы сделать одну, но очень важную пометку: никогда и ни при каких обстоятельствах не давайте пить непроверенное зелье наглому и самоуверенному боевому магу! (1bd23) Ни-ког-да!
Авторы: Созонова Юлия Валерьевна
была очень и очень неоднозначной. Хотя бы потому, что попасть туда можно было исключительно после собственной смерти в порядке суицида (коли хочешь оказать бодреньким зомби с остатками разума), при очень удачном жертвоприношении (и тебя наградят хламидой Жнеца и почётным званием собирателя блудных душ) и в качестве награды за все твои тёмные, страшные заслуги и за верное служение самой Смерти. Последнее, кстати, приводило к существованию в облике высшего лича, сохраняющего не только собственную личность, но и магию. И, соответственно, обладающего широким спектром возможностей.
Правда. Обычно, некроманты и некромаги гибли гораздо раньше, чем получалось заслужить такое поощрение от высших сил. Однако даже упрямая и неподвластная магии вещь по имени статистика не могла помешать нашим адептам восхищаться Некромиконом и жаждать оказаться в числе его жителей. Причём до такой степени, что недолго думая они организовали небольшой филиал оного прямо в стенах собственного общежития.
Нет, я видела многое. И лаборатории, переделанные под жильё и жильё, ставшее частью лаборатории. Я видела химерологов, живущих вместе со своими созданиями, и гербологов обнимающихся с цветочками, способными сожрать тебя целиком и не подавиться. Даже боевого мага, любившего собственный меч до такой степени, что на полном серьёзе считал его полноправным членом своей семьи и не расставался с ним ни в постели, ни в душе. Только и для меня то, во что превратили адепты старших курсов весь третий этаж было несколько… Чересчур. Что уж говорить про обычных, не привычных к таким вывертам сознания у обычного хомо магикус, людей?
Терзают меня смутные сомнения, что не связанные с магией члены нашего достопочтимого общества при виде всей этой красоты и осознании, из чего и каким путём она создано, имеют неплохие шансы поседеть раньше времени и заработать банальный сердечный приступ. Ну, или что-нибудь похуже, тут уж как повезёт и какой целитель рядом оказаться успеет.
А всё почему? А потому, что весь третий этаж представлял собой… Кладбище. Да-да, такое простое, изысканное в этой самой простоте кладбище, полное могил, крестов, памятников и, коли глаза меня не обманывают, склепов. Естественно, с населением, куда же без него? А учитывая, что могилы без трупов, склепы без упырей и летучих мышей. А кладбище без плакальщиц и завываний не бывает…
Вся эта братия наличествовала в полном составе, разбивая повисшую вокруг нас тишину воем, лаем, чавканьем, писком и всеми теми звуками обычной, могильной жизнедеятельности, что так действуют на нервы неподготовленным зрителям.
Уютную и такую домашнюю атмосферу дополняла лепнина на потолке, выполненная в стиле «Скелетоны» и мозаика, представлявшая собой изображение восстания армии нежити против гордо реющего на ветру мага Смерти. Про энное количество рук и ног, торчавших из стен и пола я вообще промолчу.
Как и про то, что вход в комнаты, по всей видимости, был стилизован под арку жертвенного зала. И каждый раз, когда срабатывал портал, по всей округе заунывным голосом разносилось «Добро пожаловать в загробный мир, муха-ха-ха!».
— Мило, — медленно протянула, оглядываясь по сторонам и не зная, что лучше сделать. Позвать Орфелию, заорав на всю общагу или же поинтересоваться у химеролога, в какую нам сторону путь держать.
Или всё-таки пнуть обнаглевшую конечность, пытающуюся уцепиться за мою юбку и утянуть в ближайшую топь? Таковые, как оказалась, тут тоже имелись в избытке.
Боевой маг красноречиво промолчал, стараясь как можно незаметнее себя ущипнуть пару раз и потереть глаза, дабы развидеть всё это великолепие. К сожалению, способ не работал и это был не сон.
Ведь ни в одном, даже самом что ни на есть кошмарном и реалистичном сне не могло так… Вонять!
Густой, мешающий нормально дышать смрад окружал нас на постоянной основе и не желал развеиваться под моими беспомощными попытками обмахнуться найденной в сумке тетрадкой. Наоборот, с каждым новым взмахом меня снова и снова окатывало очередной дурно пахнущей волной, отбивая профессиональный нюх. И укрепляя желание подарить местным жителям очень качественное дезинфицирующее, удаляющее все неприятные запахи зелье. Оно выведет любые пятна и уничтожит всю заразу на корню!
Даже если под этой самой заразой понимается дорогая сердцу местного коменданта нежить, изволившая почивать прямо посреди стихийного погоста.
— Чем это так… Пахнет? – морщась как первокурсник, впервые попавший в анотомичку, поинтересовался Валесс, показательно зажимая себе нос.
Занятие бессмысленное. Всё равно все рецепторы сдохли в муках и нормально различать ароматы получится ладно, если через сутки.
