Каждый адепт магической академии знает и свято соблюдает три непреложных правила. Не влипай в неприятности, не спорь с преподавателем, не устраивай тайные эксперименты на территории академии. И я не была бы исключением, если бы не одно «но». На руках у меня есть никому не известный рецепт приворотного зелья, и удержаться от соблазна его сварить выше моих сил. Да и вообще! В методичке по практической алхимии стоило бы сделать одну, но очень важную пометку: никогда и ни при каких обстоятельствах не давайте пить непроверенное зелье наглому и самоуверенному боевому магу! (1bd23) Ни-ког-да!
Авторы: Созонова Юлия Валерьевна
Наконец, моё внимание привлёк сухой щелчком. Заклинание свернулось до компактного шарика, подлетело ко мне и легло на подставленную ладонь, тут же впитавшись в кожу.
— Однако… — присвистнула, осмысливая полученные данные. Результаты, выданные диагностом, озадачили, впечатлили и подстегнули шило в… Точнее исследовательский интерес, свойственный всем учёным в нашем мире. И мало меня волновало, что подобные эксперименты к алхимии имеют сугубо номинальное отношение.
— Что там? – нехотя выдавил из себя магистр Картс, хмуря брови и кидая обеспокоенные взгляды на своего адепта.
Тот же, в свою очередь слишком сильно притворялся почти мёртвым, а когда декан отвлёкся на меня, начал исполнять коронный трюк уважающего себя боевого мага – побег с поля боя с превосходящим по силе и умению противником.
— Да вот думаю, кому подкинуть такую занимательную идею… — почесала бровь, вспоминая всех своих немногочисленных знакомых, готовых пойти на такой рискованный эксперимент. А когда сообразила, что вопрос-то был совсем в другом ключе задан, вздохнула и подняла на магистра взгляд. Потупилась виновато, снова вздохнула и снизошла до пояснений. – Как показали спонтанные полевые испытания, переменная, заложенная в амулет-погодник, способна закоротить и переключить вектор силы заклинания огненного шара. Причём даже не единожды, а ровно столько, сколько смен погодных условий изначально было заложено в сам амулет.
— И что же произошло с моим адептом? – магистр вопросительно вскинул брови, скрестив руки на груди и оглядывая меня нечитаемым взглядом.
Почему-то вдоль позвоночника промаршировал табун предательских мурашек. И дело не в том, что декан отличался харизмой и был вполне симпатичен на лицо, нет. Всё дело в том, что чудились мне очень коварные планы, бродившие в голове этого мужчины и имевшие непосредственное отношение к моей скромной персоне.
И после этого говорят, что мы, женщины, мстительные? Тю, поклёп! Как есть поклёп!
— Ну, — я смущённо почесала нос и постаралась улыбнуться как можно невиннее и обаятельнее. Взгляд магистра сразу стал куда подозрительнее, он даже отступил на пару шагов назад. Фыркнув, недовольно дёрнула плечом и всё же ответила на поставленный вопрос. – Судя по всему, вашего адепта сначала приложило тепловым ударом, затем ударом электрического тока от малой шаровой молнии. После накрыло глыбой льда, а уж затем прошлась по нему отдача от нереализованного потенциала огненного шара. И то, — шмыгнула носом, чувствуя некоторое недовольство от так легко отделавшегося противника, — потому что погодник банально сдох.
На пару минут над полигоном повисла полная осуждения тишина. На меня косились как на изверга, хотя это не я неслась на хрупкую бедную безоружную женщину с немаленьким шаром огня в ладонях. Странная логика у этих будущих боевых магов. Как самим кого-то приложить, так это нормально, а как кто-то их приложит – сразу жестокое, бессердечное существо.
— Адептка Руса, — наконец, выдал декан, потерев лицо ладонями. – Вы…
— А любопытный эффект, правда? – я не удержалась, начав ходить из стороны в сторону, активно жестикулируя руками. – Простой, бытовой амулет, не рассчитанный на крупные, локальные изменения погодных условий и такие последствия! А если бы это был регулятор погоды, что установлен на крыше дома городского главы? При этом, если меня память не подводит, его мощность равняется около пятидесяти стандартных, полностью заряженных простеньких амулета. А если…
Воображение уже рисовало план целой серии практических, полевых исследований, подстёгиваемое жаждой получить новые данные и возможностью узнать что-то новое. Я невольно потёрла ладоши, припоминая парочку отвязных знакомых, с факультета артефакторики. Клоуны порядочные, да и любители пошутить над ближним своим, прославившиеся систематическими разрушениями на территории Академии. Но если их обеспечить материалом, помещением и дать волю…
Так, Лизара, ну-ка попридержи коней. Что бы начинать такую работу, следовало бы для приличия собственные полученные сегодня выкладки записать. Глубоко вздохнув, я остановилась перед деканом и довольно прищурилась:
— А самое занимательное во всей этой истории знаете что, магистр Картс?
— Что? – машинально переспросил мужчина.
— А то, что я дословно помню инструкцию к этому косорукому творению неудавшегося артефактора, — я хмыкнула, качая головой. – Мы как-то её всей группой разбирали, в качестве сборника непревзойдённой человеческой глупости и афоризмов. Нет, ну правда, — взмахнула руками, заметив насмешливо-недоверчивый взгляд магистра. – Там такие пёрлы попадались, что хоть стой, хоть падай.
