Каждый адепт магической академии знает и свято соблюдает три непреложных правила. Не влипай в неприятности, не спорь с преподавателем, не устраивай тайные эксперименты на территории академии. И я не была бы исключением, если бы не одно «но». На руках у меня есть никому не известный рецепт приворотного зелья, и удержаться от соблазна его сварить выше моих сил. Да и вообще! В методичке по практической алхимии стоило бы сделать одну, но очень важную пометку: никогда и ни при каких обстоятельствах не давайте пить непроверенное зелье наглому и самоуверенному боевому магу! (1bd23) Ни-ког-да!
Авторы: Созонова Юлия Валерьевна
мне, дорогой мой боевой маг, — медленно протянула, судорожно пытаясь вспомнить, что это за Ритуал, да ещё в полной версии и какие последствия он несёт для меня, — а за каким таким интересом тебе моё разрешение на начало этого Ритуала?
— За шкурным, — честно ответил маг. – Это что бы все вокруг знали, что ты занята и не смели тянуть загребущие лапы к чужому!
— Н-да? — за скепсисом, звучавшим в моём голосе, пряталось полное непонимание ситуации, в которой я умудрилась оказаться. – И в чём это будет выражаться? Табличку на меня именную повесишь?
С минуту маг молчал, только прижимал меня к себе всё крепче. А когда моего терпения стало не хватать и я начала ёрзать, пытаясь выбраться из его объятий, рассмеялся. Ласково так, нежно. Щекой о плечо потёрся.
— А знаешь… Забудь. Я тебе и так привезу эти редкости, — Валесс широко улыбался, прижимаясь губами к моей щеке.
— Ну уж нет. Давай, рассказывай! — врезала ему локтем в бок. На душе кошки скребли и зрело нехорошее предчувствие, что я чего-то не знаю, и моё незнание очень неслабо играет на руку ушлому боевому магу.
Однако в ответ раздалась лишь тишина и тревожный писк мышей, так и прятавшихся на моей шее. Руки мага напряглись, а сам он стал напоминать сжатую пружину, готовую в любой момент выстрелить. И только я собралась повторить свой вопрос, как меня резко забросили в сторону.
Яркая вспышка резанула глаза. Раздражённо потерев их, огляделась ещё раз и с изумлением поняла, что тупичка, где мы так дружно отсиживались, как не бывало. Кажется, деревенские говорят, как корова языком слизала. Только небольшой, аккуратно выжженный пустырь. А посредине него я, спина к спине с боевым магом, успевшим за доли секунды развернуть плетение мощного щита и теперь сквозь зубы поминавшего недобрым словом не дюжие таланты некоторых наших однокурсников.
И знаете… В кои-то веки я с ним была согласна! Потому как прямо на меня смотрели умильные карие глаза очередного результата эксперимента наших бравых химерологов.
— Валесс? – настороженно окликнула парня, теснее прижимаясь к нему. Как я там вспоминала? Корова языком слизала? И ведь угадала же!
— Что? – процедил сквозь зубы маг.
— Кто это? – нервно теребила пальцами край рукава блузки, пытаясь хотя бы притвориться, что мне не страшно.
— Смотря где… — неопределённо откликнулся Валесс, опять делая какие-то пасы руками. Щит прошила паутина из тонких чёрных нитей.
— Ступить на путь спасения, путники, вы сможете, лишь отгадав загадку мою и дав пропитание минотавру во мне… — скрипучие, монотонные голова прозвучали слаженным дуэтом, вызвав немалую дрожь страха вдоль позвоночника.
Обернулась, мимоходом оглянувшись вокруг, и снова вернула своё внимание стоявшему напротив меня монстру. А в голове, медленно, но верно, зрел один единственный вопрос. Почему, коли у нас просто кладезь таких разносторонних талантов среди учеников Академии, мы который год подряд продуваем на всех существующих Турнирах и Магических Играх?!
— У него в предках был сфинкс, — выдал Валесс своё умозаключение. В который раз укрепляя щит. Вовремя, стоит признать. Удар кулака по куполу едва не сломал нашу крайне ненадёжную защиту.
— Ну, спасибо, капитан очевидность, — язвительно откликнулась, пытаясь понять, как выбраться из этого капкана? А за одним, понимая, что планы на мирный разговор с химерологами явно откладываются на неопределённый срок. Зато есть вариант устроить им допросы с пристрастием и применением колюще-режущих предметов. Как бы сказать, во имя мести за потраченные нервы и пострадавшую психику, вместе с тонкой душевной организацией!
Знаете, видеть в жизни приходилось не мало. Да и не зря же нас в музеи таскают, да стенки с трофеями показывают периодически. Видели мы и голову минотавра на стене одного пожилого архимага, статую кентавра и чучелко сфинкса в королевской сокровищнице, изрядно стоит признать побитое молью и пылью. Правда, жили такие существа лет так за тысячу до нашего появления на свет, а то и больше.
Но кому-то из адептов, с их неуёмной фантазией и шилом в одном месте, пришла просто гениальная в своей разрушительности идея. И решили они, недолго думая (или вовсе отказавшись от такого бессмысленного времяпрепровождения), скрестить нескрещиваемое и сочетать несочетаемое.
Итак, стояло это чудище на львиных лапах. Впрочем, задняя часть туловища тоже принадлежало этому виду кошачьих. Жуткие, заляпанные чем-то бордовым клиновидные когти и гибкий, с милой такой пушистой кисточкой на конце, длинный хвост. Чуть выше шла тонкая талия с впалым животом и худосочная лошадиная грудь, выпирающая костями во все стороны. Следом была мощная бычья шея. И, собственно, бычья же
