Егора Нестерова из 2040 года, товарищи по борьбе с оккупантами, перекидывают в его же тело в 2013 год. Он теперь простой молодой парень, приехавший в Москву в поисках лучшей жизни, за одним исключением — он помнит все: как начиналась распродажа России, предательство армии и геноцид русских.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
Кавказа. Ставропольский край, Кубань, Ростовская область и Калмыкия, Чечня и Дагестан, Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкесия, Ингушетия и Северная Осетия, плюс приграничные районы Азербайджана и Грузии. И все пространство этой карты было испещрено пометками, разноцветными линиями и значками: автомагистрали, реки, мосты, населенные пункты и заводы, аэродромы, регулярные армейские части, расположение подразделений ВВ и полиции, а так же предполагаемое местонахождение банд набирающего силу Кавказского Имарата. Все четко, по военному, а рядом с картой, напротив меня, расположился командир бригады «Юг» отставной полковник Гаврилов. И этот крупный богатырского телосложения пожилой воин хотел серьезного и откровенного разговора. Что же? Он имел на это право, а я был не против. Тем более мне было, что ему сказать.
— Ну что, Егор, — полковник смерил меня оценивающим взглядом, — поговорим?
Я закурил, пыхнул дымком и кивнул:
— Да, Игорь Олегович.
— С чего начнем?
— Насчет ваших дел я в курсе. Деньги, которые были вам выделены, потрачены не зря. Процесс пошел и партизанская бригада «Юг» начинает формирование. Есть несколько тренировочных баз, около сотни бойцов с опытом боевых действий, кое-какое оружие, средства связи, запасы продовольствия и снаряжения. Так что пока все очень даже неплохо.
— Серб доложил? — Гаврилов поморщился.
— Он самый. Но Серб не один. Каждый командир пятерки составляет еженедельные отчеты о проделанной работе, которые дополняют ваши докладные записки. Поэтому общую картину мы видим четко и, если вы не против, давайте сразу к проблемам. На чем вы спотыкаетесь, и чем мы можем вам помочь?
Комбриг помедлил, цыкнул зубом, собрался с мыслями и покачал головой:
— Егор, прежде чем начнем разбор, есть одна тема, которую необходимо прояснить. Только сразу предупреждаю — ответ должен быть откровенным и предельно правдивым.
— Что за тема?
— Скажи мне как на духу, Центр, который руководит Сопротивлением, реальность? Он существует или это миф?
«Вот еще один человек осознал, что никакого Центра нет», — подумал я и сказал:
— Центр это мираж, Игорь Олегович.
— А кто тогда на самом деле нами руководит?
— Лопарев и я.
— Трубниковы и Доронин об этом знают?
— Доронин нет — ему нужна иллюзия, без нее он впадет в нирвану и опустит руки, а Трубниковы с самого начала знали, что мы сами по себе.
— И что теперь?
— А ничего, — я пожал плечами, — продолжаем делать то, что делали. Или вас что-то смущает?
— Честно говоря, — полковник кивнул, — да. Раньше я был уверен, что где-то есть мудрые люди, генералы и маршалы с огромным опытом, которые меня направляют и наставляют. Они непререкаемый авторитет, а я всего лишь исполнитель и проводник их воли. А теперь приходит осознание, что я участвую в авантюре и выполняю приказы объявленного в розыск майора и мальчишки. Ты не в обиде, что я тебя так называю?
— Нет. Да и чего своего возраста смущаться? Александр Македонский и Святослав Игоревич в моем возрасте уже армии водили. Гайдар полком командовал. Карл Двенадцатый парламент разгонял, а Петр Первый восстание стрельцов давил и трон захватывал. Следовательно, все относительно. А что насчет мудрых маршалов, то рекомендую вспомнить старую революционную песню: «Никто не даст нам избавленья, ни Бог, ни царь и ни герой, добьемся мы освобожденья своею собственной рукой». Помните ее?
— Помню.
— Вот то-то же, Игорь Олегович. Надеяться особо не на кого, поскольку самых активных противников правящего режима из числа советских генералов и приближенных к власти партийных деятелей, оккупанты уже уничтожили или перекупили, и мы предоставлены сами себе. Поэтому верховное руководство партизанскими бригадами возглавляет не секретный генерал ГРУ или КГБ, а скромный уральский парнишка Егор Нестеров. А что делать, если никого другого нет? Впрочем, речь не обо мне, а о вас. Про Центр сказал Трубников, чтобы привлечь к нашему движению отставников и пенсионеров, и это сработало. Ну, а дальше миф стал жить своей собственной жизнью. И что характерно, он продолжит существовать, даже если я объявлю общий сбор командиров Сопротивления и расскажу им всю правду.
— Это понятно. Люди верят в то, во что хотят верить. А мне теперь дороги назад все равно нет, слишком плотно я влез в борьбу, и отступать не собираюсь.
— Вот и ладно. Мы с вами друг друга поняли, скользкий момент прояснили и давайте переходить непосредственно к делам бригады «Юг». Что вас больше всего беспокоит?
— Так сразу и не рассказать… — полковник замялся.
— А вы говорите как есть, и походу разговора разберемся, что важно,
