Правда людей. Дилогия

пулеметов и не меньше полусотни автоматов поливали дорогу сталью и свинцом. Раздавались взрывы гранат, как ручных, так и подствольных. Автомашины наемников остановились, а некоторые перевернулись, и бойцы «Эпсилона» пытались выбраться наружу и оказать сопротивление.
  «Суки! Подловили нас все-таки! — мысленно воскликнул Кощей и, передернув затвор автомата, решил, что должен попытаться организовать своих бойцов и сколотить группу, которая смогла бы продержаться до подхода полиции. И в этот момент он услышал:
  — Помоги!
  Это был Артемов, про которого Кощей совсем забыл. Майор не пострадал, но его придавило трупом бойца, и он не мог выбраться.
  «Может бросить его? — совершенно спокойно подумал наемник, но затем наклонился и оттолкнул тело мертвого водителя: — Нет. Придется вытаскивать майора. Ведь должен кто-то засвидетельствовать, что я поступал правильно, а то расформируют мою ЧВК и останусь я один, без денег и прикрытия».
  Артемов пополз наружу и в этот момент партизаны преподнесли противнику еще один неприятный сюрприз. Рванули фугасы на левой обочине, и они доконали наемников, часть из которых все же смогла выбраться из покореженных машин и даже начала отстреливаться.
  Вновь вспышки и взрывы. Новая порция камней и осколков прошлась по дороге, смела тела наемников и по барабанным перепонкам Кощея больно ударила тугая воздушная волна. Он взвыл, однако серьезно не пострадал. Смерч из каменной крошки и металла пронесся над его головой и обдал Кощея пылью. Все вокруг заволокло дымом, видимость почти нулевая и, вслушиваясь в шум боя, наемник определил, что партизаны добивают его бойцов, и решил спасаться бегством.
  — За мной! — рывком Кощей выдернул Артемова из «гусара» и потащил в кустарник.
  Вскоре задымленная дорога из Троицких Борок в Астапово осталась за спиной беглецов. Там продолжали взрываться гранаты и горели автомобили, умирали наемники и рушились мечты Кощея. Но это было неважно. Неожиданно для самого себя Кощей, который никогда и ничего не боялся, испугался. Он словно почувствовал на себя взгляд Смерти, которая уже была готова срубить его своей косой, и это заставило опытного убийцу задрожать от ужаса. Однако, несмотря на трясущиеся поджилки, наемник смог быстро собраться, и когда он и Артемов уперлись в большое вспаханное поле, Кощей повалил майора на сухую траву и прорычал:
  — Замри!
  Артемов приказ выполнил, а Кощей стал искать варианты спасения. Бежать через мокрое вспаханное поле глупо — ноги быстро увязнут, а партизаны заметят беглецов и расстреляют их, словно зайцев. Возвращаться на дорогу тем более нельзя. И остается только замереть без движения или же, придерживаясь лесополосы, обойти поле боя и найти более надежное укрытие.
  Но судьба все решила за Кощея.
  — Петруха! — перекрывая шум стрельбы, по лесополосе разнесся громкий окрик молодого «дружинника». — Вот они! Гаси!
  Краем глаза Кощей заметил движение между деревьями и, перекатившись, выпустил в сторону противника длинную очередь. Не попал! И пока партизан затаился, наемник, бросив Артемова, кинулся прочь.
  Кощей бежал изо всех сил. Он не выбегал на поле, придерживался зеленки и был начеку. Да только далеко он не ушел. Навстречу Кощею выскочили два резких парня в камуфляже и, не успел он выстрелить, как его сбили с ног. А затем на голову наемника, который объездил половину земного шарика, опустился ботинок и он погрузился во тьму…
  Командир ЧВК «Эпсилон» пришел в себя через десять минут и обнаружил, что находится на небольшой полянке между двумя лесополосами, а рядом с ним Артемов, и первое, что Кощей сделал, попытался вскочить на ноги. Но неудачно. Он был связан, и когда его тело дернулось, Кощея ударили ногой в бок, и наемник закричал:
  — Бляди! Ненавижу вас! Презираю! Вы недочеловеки и мусор под моими ногами! Всех убью! Зубами загрызу! Только бы дотянуться!
  Очередной удар тяжелым армейским ботинком пришелся по губам Кощея. После чего рот наемника наполнился кровью, он замолчал и услышал разговор двух партизан:
  — Иваныч, как с ними поступим? — судя по голосу, вопрос задал молодой «дружинник».
  — Видишь дуб? — отозвался тот, к кому обратились.
  — Да.
  — Повесить их. На все про все вам пять минут. Видеокамеру не забудьте.
  — А может, для допроса их возьмем?
  — Не вижу смысла. Мы о них знаем все. Время пошло. Работай.
  — Есть!
  Кощея и Артемова подхватили под руки и поволокли к дереву. Все делалось спокойно и без суеты, словно для молодых парней в камуфляже и масках это привычное занятие, с утра пораньше вешать людей, и в этот момент к Кощею вновь вернулся страх. Ему захотелось взвыть, и в голове