Егора Нестерова из 2040 года, товарищи по борьбе с оккупантами, перекидывают в его же тело в 2013 год. Он теперь простой молодой парень, приехавший в Москву в поисках лучшей жизни, за одним исключением — он помнит все: как начиналась распродажа России, предательство армии и геноцид русских.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
пакеты, а вдалеке слышалась чахлая стрельба. И, проанализировав свои внутренние ощущения, Черкашин представил, что он в Петрограде семнадцатого года.
Потап с бойцами присоединился к основной группе через десять минут. Полицейского с ними уже не было, зато у бойцов появилось еще два автомата. Судя по улыбке на лице Жеки, беспокойного человека с авантюрной жилкой, он был доволен собой и, взмахнув рукой, контрактник воскликнул:
— Все ко мне!
Группа сгрудилась вокруг лидера, и он сказал:
— Бойцы, слушать меня. В лагерь не едем. Вот в этом самом городе, — Потап снова взмахнул рукой, — произошло событие, которое войдет в историю. Народ поднялся на борьбу против оккупационного режима и с оружием в руках готов отстаивать свои права. К городу подходят войска, наемники и полицейские, но я остаюсь и хочу присоединиться к восставшим. Они, наверняка, возле городского отдела полиции на Первомайской улице. Где это, я знаю и кто со мной, добро пожаловать. Ну, а кто считает, что он не готов, тот пусть останется здесь или прыгает в первый же поезд и валит отсюда как можно быстрей и как можно дальше. Итак, решайтесь и решайте свою судьбу. Прямо здесь и прямо сейчас, потому что на долгие раздумья времени нет.
На мгновение парни притихли. Но вскоре от общей массы отделилось четыре человека.
— Извините, друзья, — сказал первый, — у меня дома мама больная, а я у нее единственный сын.
— Авантюра все это, — добавил второй и сплюнул на асфальт.
— Я на стрельбу и городские бои не подписывался, — покачал головой третий.
— А я не согласен стрелять в полицейских и военных, — высказался четвертый и добавил: — Они тоже русские, как и мы, а нам неизвестно из-за чего в городе бунт и на чьей стороне нам придется сражаться. Так что, камрады, пока. Мне в террориста превращаться не хочется.
После этого от группы отделилось еще трое, и Потап, ухмыльнувшись, сказал:
— Балласт скинули. Пошли, братва.
Семь человек остались, а десять парней и лидер шмыгнули в переулок, вышли на какую-то улочку и в этот момент перед ними, словно на заказ, остановилась желтая маршрутка. После чего боковая дверь микроавтобуса распахнулась, прямо в грудь Потапа уперся ствол АКМа и раздался истошный крик:
— Аллах акбар! Смерть неверным!
«Пиздец! — пронеслась у Черкашина мысль, и он почувствовал, что волосы на голове встают дыбом. — Сейчас будет выстрел и Потап упадет. А затем длинная очередь и достанут нас».
Однако АКМ не выстрелил. Вместо этого в микроавтобусе раздалась ругань, а Потап, который даже не успел испугаться, поднял АКСУ и открыл огонь. Короткая очередь влетела в салон, и там закричали от боли. Еще одна и хрипы, а потом Жека слегка сместился и расстрелял водителя. Пули влетали внутрь маршрутки, и Потап остановился лишь тогда, когда расстрелял рожок.
Из салона на покрытую ледком дорогу упало несколько капель крови, и кто-то из парней сказал:
— Да нихрена себе.
— Вот то-то, что нихрена, — просипел Потап и, заглянув в микроавтобус, выхватил из рук убитого, смуглого бородача в дутой спортивной куртке и шапке с зеленой окантовкой понизу, АКМ, потертый и грязный. После чего он передернул затвор, посмотрел на выпавший патрон и покачал головой: — Оружие надо чистить, а иначе в самый решающий момент оно может подвести.
Сам не понимая, зачем и ради чего, Черкашин достал видеокамеру, привычно включил ее, начал съемку и кто-то из парней сказал:
— Слышь, братишка, не надо. Палево.
Но вмешался Потап:
— Пусть. Это нам память на старости лет будет. Только лица в кадр не бери.
— Понял.
Черкашин, словно на автомате, продолжил съемку, а Жека приказал выбросить трупы ваххабитов, а в том, что убитые были радикальными исламистами, никто не сомневался, из салона и проверить машину.
Парни зашевелились. Автоматчики в прикрытии, Потап ведет обыск, а один боец выкинул труп водителя, сел на окровавленное сиденье и попробовал завести микроавтобус. Как ни странно, но это у него получилось. Движок заработал, и Потап приказал парням грузиться.
Трофеев оказалось немного, один старый видавший виды АКМ и пара пистолетов. Не густо, тем более что боеприпасов было всего ничего. Однако для начала неплохо — так сказал лидер, и один ствол, «макаров» с двумя обоймами, достался Черкашину, который залез в маршрутку и присел у окна.
— Поехали! — приказал Потап. — Дорогу покажу, я здесь раньше бывал.
Микроавтобус сорвался с места и помчался к центру. Черкашин при этом продолжал снимать, и посмотреть было на что. Вот сгоревший «ленд-крузер», номера девяносто пятого региона. Вот в проулке три человека с охотничьими ружьями, лишь только увидели,
