Правда людей. Дилогия

крови не боится и отвечает мне — все по закону. Я ему в рыло — по какому такому, блядь, закону разрешено детей насиловать? И знаешь, что он мне ответил?
  — Нет.
  — Говорит, девчонок купил, поэтому они принадлежат ему, и никакие они не дети. Пророк Мухаммад в сорок девять лет вторую жену взял, Айшу, когда ей девять лет было. А значит, что и ему не зазорно. Суки! Животные! Приехали в нашу страну и теперь тут свои порядки устанавливают. Ненавижу!
  — И тогда ты его убил?
  — Ага. Лично головешку отрезал и собакам дворовым выбросил.
  — Ясно. Наверное, я бы тоже не сдержался. Трофеи взял?
  — Один автомат, пара пистолетов, маслят штук триста и почти миллион рублей. Остальное барахло: литература ваххабитская, шмотки, бухло, наркота и жратва.
  — Это все?
  — В компьютере нашли видео, насилие над детьми. Групповуха. Они, мрази эти, давненько так развлекались. Находили алкашку какую-нибудь или наркоманку, покупали у нее детей и развлекались. Жуткие кадры.
  — Размножишь и по нашим пятеркам раскидаешь, чтобы бойцы злее были. Они и так-то, никого щадить не будут, но ты сделай, что я сказал. И запомни, ты разведчик, а не боевик. Твое дело смотреть и наводить на цель штурмовиков, а не воевать.
  Шмаков только мотнул головой, мол, понял, и в этот момент в комнату вошла Галина.
  Последние полгода были для нее очень тяжелыми, и девушка сильно изменилась. Галина осунулась, потемнела лицом и перестала следить за собой. В общем, у нее все было плохо, и когда Шмаков привез освобожденных девчонок, то я решил, что она должна о них позаботиться. Глядишь, это поможет боевой подруге выбраться из той ямы, в которую она упала. А больше я ничего не придумал. В самом деле, не сдавать же девчат в полицию? Там их сразу или в детдом отправят, где жизнь не сахар, или беспутной мамаше вернут.
  — Здравствуй, — я подошел к Галине.
  — Здравствуй, Егор, — ответила она и спросила: — Ты хочешь меня отпустить к родителям?
  — Нет.
  — Тогда зачем звал?
  — Позаботься о них, — я кивнул на девчонок.
  — Наверное, я не смогу.
  Галина опустила голову и, обхватив ее за плечи, я встряхнул девушку и зашептал:
  — Больше некому. Помой их, покорми и переодень. Это нужно сделать. И не надо себя жалеть. Думаешь, одной тебе плохо? Нет. Этим девчонкам труднее, чем тебе. Мать бухает и под мужиков ложится, а сегодня вообще своих дочерей в рабство продала. Посмотри на них. Посмотри. В глазах страх, от голода они едва с ног не падают, напуганы и всего боятся. И помочь им некому, кроме тебя.
  Снова я встряхнул девушку и она сказала:
  — Хорошо, я займусь ими. Однако потом мы снова поговорим о моем возвращении домой.
  — Договорились.
  Девушка подошла к девчонкам, что-то им сказала и увела. Пока все нормально. Глядишь, найдут общий язык, а нет, тогда придется искать другие варианты. Но это потом, а сейчас следовало возвращаться к делам и самым важным на данный момент являлось то, что происходило на юге, в городе Невинномысске.
  Итак, вчера, на первом съезде партии «Социальная Справедливость», которая, между прочим, продолжает заседать и «решать судьбу страны», я узнал о массовых беспорядках в этом южном городе. По нынешним временам это нормально. Наш народ бунтует регулярно и столкновения с муслимами происходят каждый день. Поэтому я вычеркнул это событие из памяти и вернулся к обсуждению политических вопросов с Антоном Ильичем Трубниковым. Война, взрывы, пожары — мне казалось, что командир бригады «Юг» полковник Гаврилов преувеличивает. Ну, побуянит народ, может быть, спалят местные жители десяток машин с кавказскими номерами, побьют случайного гастарбайтера и перекроют федеральную дорогу. А потом власть пообещает им наказать виновных и они разойдутся. Так уже не раз случалось.
  Однако я ошибался. Вскоре снова позвонил Гаврилов и сообщил, что бунт перерос в настоящий вооруженный мятеж против власти и часть горожан всерьез готовится к сопротивлению. После чего я покинул ДК, в котором проходил съезд «СС», вернулся на конспиративную квартиру, объявил по бригаде готовность номер один и постарался представить себе, как будут развиваться события. Но информации было очень мало и разобраться, что на самом деле происходит на юге, находясь от места действия на расстоянии полутора тысяч километров, не представлялось возможным. И тогда я решил отправиться туда лично. Да только не вышло. Сначала Рустам позвонил и сообщил, что оружие получил, но за ним был хвост, от которого он едва оторвался, а в ящиках с гранатометами оказались радиомаяки. Затем снова общался с Трубниковыми, которые в один голос заявили, что сейчас они не готовы выступить против властей. После этого выяснилось,