Егора Нестерова из 2040 года, товарищи по борьбе с оккупантами, перекидывают в его же тело в 2013 год. Он теперь простой молодой парень, приехавший в Москву в поисках лучшей жизни, за одним исключением — он помнит все: как начиналась распродажа России, предательство армии и геноцид русских.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
в толстый полиэтиленовый пакет, который поставил в уголок.
Далее следовало посчитать добычу, парни ждали этого, и я их не прогонял. Расстегнул клапан объемистой сумки (мечта оккупанта) и высыпал толстые пачки банкнот на коврик, рукой поворошил их, произвел быстрый подсчет и объявил:
— Ровно шесть с половиной миллионов евро. Хороший куш.
— А если бы мы проповедника с собой прихватили, то он бы нам еще два раза по столько выдал, — шмыгнул носом Эдик и добавил: — К гадалке не ходи.
— Если бы, да кабы, — я пожал плечами. — Кто знает, как бы все сложилось? Что взяли, за то высшим силам и спасибо.
Камрады поддержали меня кивками. Да, лишний риск нам не нужен. Что по силам, то и сделали, а зарываться не стоит.
Под взглядами парней я собрал деньги, отделил одну пачку сотенных евро (самые мелкие купюры в сумке) и перекинул Эдику:
— Раздели на троих.
Шмаков занялся дележкой денег, а мы с Гоманом переглянулись — он уже знал о моих планах на будущее, и я подошел к кухонной плите. Чайник был горячий, и я сделал себе кофе. Затем присел за стол, и когда парни закончили раскидывать деньги, обернулся к ним:
— Что скажете, други? Нормально все сделали?
— Да, — кивок от Шмакова.
— Нормально, — Федя с Андрюхой ответили одновременно.
— По деньгам претензий нет?
Вопрос был адресован только двоим из троих, и оба кивнули:
— Нет
Ответы были стандартные, никаких других я не ожидал, и продолжил:
— Тогда давайте думать, что станем делать дальше.
— А чего думать? — первым откликнулся Шмаков. — Будем дальше сволочей и ворье вскрывать, да на нож ставить. Всех не перебьем, но подадим пример другим.
Федя с Андреем промолчали, и я усмехнулся:
— Валить мразей необходимо — это не вопрос. Но нас мало — расширяться надо. Нужна база. Нужны надежные люди. Нужны стволы. Нужны схроны. Нужны запасы продовольствия и медикаментов. Нужен врач, не коновал какой, а реальный специалист. Нужна одежда. Много чего нужно. Ради этого мы деньги и добывали. Теперь они есть и надо делать следующий шаг. Согласны?
Камрады согласились и, промочив горло, я продолжил:
— Раз согласны — слушайте дальше. Москва для нас зона боевых действий и место проведения операций, а базу организуем в Подмосковье. Для начала в сельской местности нужно прикупить два-три дома с гаражами и подвалами, которые будут использоваться как перевалочные базы. Это раз. Потом необходимо обзавестись транспортом, три-четыре неприметные машины и небольшой грузовичок, можно, «газель». Это два. Далее следует познакомиться с местным населением, участковыми и властью. Это три. Ну, а затем начнем присматриваться к военным частям вблизи Москвы и пошарим по лесам. Это четыре. Кстати, — я посмотрел на Федю и Андрея, — вам повестки из военкомата еще не приходили?
— Приносили бумажки, — сказал Федя, — но мы думали откупиться. Нахрена нам год жизни в армаде терять? Как зашлют в дебри, куда Макар телят не гонял, и все — назад уже не выберешься.
— Неправильно мыслишь, камрад, — я покачал головой. — Служить надо. Но не наобум. С бабками многое можно провернуть и так все устроить, что служить будешь рядом с домом.
— А зачем нам это?
— Затем, что в каждой воинской части имеется склад боепитания и есть арсенал, а нам потребуется оружие. Много оружия. А кто обеспечит проход на закрытую охраняемую территорию? Правильно, солдат Федя, который укажет, у кого ключи от оружейной комнаты, где отключается сигнализация и как незаметно проникнуть за забор. Ну и, кроме того, не надо забывать, что в нашей рабоче-крестьянской армии служат бедные, которые не смогли откупиться, а значит, это наши союзники и братья, которые при наличии здравой мотивации могут к нам присоединиться. Как большевики и прочие революционеры в свое время делали? Внедрились в структуру, набрали авторитет и сколотили ячейку, которая в нужный момент вывела целый полк на улицы и снабдила рабочих оружием. Так же и мы обязаны действовать. Усекли?
— Да.
— С моим предложением послужить родине согласны?
— Подумать надо.
— Конечно, подумайте, Федя, а то на словах патриотом быть легко, а на деле все иначе.
— Да мы…
Было, парни подорвались, но я взмахнул рукой:
— Сели!
Они вновь упали на тоскливо скрипнувшую кушетку, и я мотнул головой:
— Вы меня услышали, парни, а дальше думайте сами. Если вы готовы драться за наш народ это одно, а коли с нами только ради бабла, то это другое. Вы сами сказали, что за социальную справедливость, а теперь в кармане крупные купюры зашелестели, и назад сдаете? Это понятно и я вас не осуждаю. Хочется красиво пожить, на дорогой тачке по району покататься,
