Егора Нестерова из 2040 года, товарищи по борьбе с оккупантами, перекидывают в его же тело в 2013 год. Он теперь простой молодой парень, приехавший в Москву в поисках лучшей жизни, за одним исключением — он помнит все: как начиналась распродажа России, предательство армии и геноцид русских.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
понятно. Только мои все в провинции и сюда перебираться не захотят.
— Даже если им денег предложить?
Шмаков помотал головой:
— Они мирные люди, Егор. Не надо их в наши дела впутывать.
Реакция понятная, и я повернулся к Паше Гоману, который находился позади:
— А у тебя с этим как?
— Никак, — Паша поморщился и добавил: — Лучше не спрашивай.
— Ладно.
Камрады замолчали, и я задумался.
Итак, вот уже неделю мы мотаемся по Московской области, выбираем места, где можно закрепиться, и кое-что для себя уже решили.
Первое, начинать надо с Наро-Фоминского района, который примыкает к Молодежному району Москвы. Почему с него? Причина проста. Именно в Наро-Фоминске расквартирована элитная Кантемировская танковая дивизия, в которой немало срочников и пока еще есть русские. Кроме того, рядом с городом, в поселке Калинец, пункт постоянной дислокации еще одной придворной дивизии, Таманской мотострелковой. И будущие солдаты ВС РФ Федор Евстигнеев и Андрей Волков, скорее всего, попадут служить именно туда. Стрелка с районным военкомом, точнее сказать, с его племянником, уже забита, так что дело на мази. Мы дадим ему денег, а он определит наших камрадов туда, куда нам будет нужно. Мотивация — мамы беспокоятся и хотят, чтобы их ненаглядные детки служили рядышком.
Второе, после того как будет куплена недвижимость на окраине Наро-Фоминска и в Калинце, надо заняться Балашихой. Там рядышком ОДОН, знаменитая дивизия имени Дзержинского, и Центр спецназа ФСБ. Значит, туда тоже придется своих людей пристраивать. Если срочников в ОДОН, то в этот призыв уже не успеваем. Но до следующего призыва кандидатов найдем, а пока ограничимся внедрением гражданских или контрактников подберем. Благо, сейчас это устроить не трудно, особенно если деньги есть.
Третье, помимо двух вышеперечисленных районов, нам интересен поселок городского типа с чудным названием Белоомут. Есть такой в Луховицком районе Подмосковья на границе с Рязанской областью. Это свыше двухсот километров от столицы. Там хорошие леса, не так много кавказцев и азиатов. И если где-то устраивать долговременные схроны и лагеря для подготовки бойцов, то именно там. Я так решил, а Паша Гоман со мной согласился и, кстати сказать, отыскал в Белоомуте своих сослуживцев, которые хвалились, что у них есть организация ветеранов боевых действий «Боевое братство», люди там правильные и если приспичит, то они смогут дать нам поддержку. Что же, посмотрим. Особо на чью-то помощь не рассчитываю, но надеюсь.
Разумеется, сразу все не охватишь. Однако начинать с чего-то надо. Хотелось бы внедрить своих людей и в другие воинские части: зенитно-ракетные, строительные, по связи; но нет людей. Пока. Хотелось бы обзавестись единомышленниками в ОМОНе, СОБРе, отрядах ЦСН, ГРУ и других специфических конторах. Но до этого пока далеко. «Альфа», «Вымпел», «Витязь», «Сегеж», «Зубр», «Рысь», «Ястреб» и еще с десяток самых разных спецотрядов из различных структур, которые находятся в Москве и Подмосковье. К каждому подобному формированию нужен особый подход и люди, которые должны туда попасть, обязаны быть серьезными бойцами, ибо слабых там не уважают, за своих не примут, и слушать не станут.
Впрочем, все это потом, отдаленные планы, а пока надо решать проблему с людским резервом. На улице к первому встречному не подойдешь с вопросом: «А не хотели бы вы, мил человек, повоевать за социальное равенство и русский народ против кремлядей?» При таком раскладе полицаи живо ласты за спину завернут, а прокурор впаяет сколько ему не жалко, от червонца и выше, дабы не смущал народ экстремистскими речами. Значит, людей придется отбирать поштучно, и не торопясь. Времени, конечно, жалко, но иного выхода я не вижу. И хорошо еще, что я не один. Кого-то обещал привести Паша, кого-то Эдик из толпы молодых патриотов выдернет, потом Федя с Андрюхой кого-то порекомендуют, и кого-то я подберу на основе своих воспоминаний из прошлой жизни. Так что дело пошло и если нас не сдадут и не остановят, а с увеличением численности отряда эта угроза будет возрастать в геометрической прогрессии, то через три-четыре месяца под моей рукой окажется не менее пятидесяти бойцов и двадцать-тридцать помощников. Страховаться, при этом, придется всерьез: делить бойцов на тройки и пятерки, устанавливать промежуточные барьеры между исполнителями и командирами, а главное, не сидеть на одном месте; но для меня это дело привычное.
— Егор, — прерывая молчание, позвал меня Шмаков.
— Чего?
— Спросить хочу.
— Спрашивай.
— А что мы станем делать, когда отряд сколотим?
— А сам, что по этому поводу думаешь?
— Ну, надо оружие добыть.
