Егора Нестерова из 2040 года, товарищи по борьбе с оккупантами, перекидывают в его же тело в 2013 год. Он теперь простой молодой парень, приехавший в Москву в поисках лучшей жизни, за одним исключением — он помнит все: как начиналась распродажа России, предательство армии и геноцид русских.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
меня как командира: — Ярослав Всеволодович, а вам доводилось заниматься пациентами из зоны боевых действий.
— Вы имеете в виду людей с огнестрельными и осколочными ранениями? — Жаров по-прежнему был вежлив.
— Именно, я говорю о них.
Жаров помедлил, пожевал тонкими губами и ответил:
— Да, раненые в моей практике были. В девяносто шестом году я работал в Ростовском военном госпитале, к нам тогда многих привозили. Надеюсь, понимаете откуда?
— Понимаю. Чечня.
— Вот-вот.
Врач тяжело вздохнул, замолчал и хотел выйти, но я удержал его:
— Ярослав Всеволодович, посидите со мной. Чаю попьем.
— Чай это хорошо. Но мне зеленый.
— Вы хозяин в доме, — я улыбнулся, — значит, вам и решать.
Доктор заварил чай и расположился напротив. Лицо спокойное и умиротворенное, тяжелая фаянсовая кружка в сухих старческих руках, а нос втягивал идущие от нее ароматы. Я молчал. Он тоже. Но, наконец, Жаров не выдержал моего прямого взгляда, поднял глаза и спросил:
— Егор, позволите вопрос?
— Конечно.
Ярослав Всеволодович слегка повел плечами, словно ему зябко, и спросил:
— Кто вы и в чем ваша цель?
— Не понял вашего вопроса. Кто это «вы»? Конкретно я или вся наша кампания?
— говорю про всех.
Строгие глаза хирурга смотрели на меня, будто рентгеном просвечивали, и я ответил предельно честно:
— Можете считать нас революционерами, Ярослав Всеволодович, не ошибетесь.
— Вот, значит, как, а я поначалу подумал, что вы бандиты.
— Нет. Мы не братва из лихих девяностых, хотя, должен признать, что наши методы на начальном этапе похожи. Но товарищ Сталин в свое время тоже банки грабил и считался разбойником, а в итоге выбился в лидеры великой державы.
— И вы берете с него пример?
— Нет. Мы сами по себе.
— А в чем конечная цель вашего движения?
— Построение общества, в котором во главу угла будет ставиться социальная справедливость. Это самое главное, а остальное должно приложиться. Ведь если нет справедливости, то все остальное пустой звук, и наш с вами народ вымирает не потому, что он состоит из алкашей и моральных уродов. Нет. Причина в ином. В государстве нет правды, а раз так, то нет резонов жить и рвать пупок ради той сволоты, которая окопалась на самом верху. Человек должен иметь что-то в душе, чистое и светлое. Он должен быть уверен, что его интересы-свободы защищаются, а дети не станут рабами. Только тогда он может шагнуть вперед, к звездам и великим свершениям.
— Цели у вас достойные, — Жаров покивал и добавил: — Был у меня когда-то пациент, полковник ФСБ, и он говорил как вы, слово в слово. Сейчас он, наверное, на пенсии уже. Свой век доживает и правителей страны проклинает.
— А адреса этого полковника вы не помните? — сразу насторожился я, услышав про отставника, чьи мысли совпадали с моими.
— Нет, — врач покачал головой. — Давно это было, лет шесть назад, я еще не бомжевал.
— А фамилия, имя, отчество офицера?
— А вам зачем, Егор?
— Мне специалисты нужны, Ярослав Всеволодович, — признался я. — Военные и работники спецслужб.
— Так он уже старый, — Жаров скривился. — Вам, наверное, не подойдет.
— Главное, чтобы соображал хорошо и на склероз не жаловался, — я ухмыльнулся. — Мне его мозги и знания нужны, а не кулаки.
— Если так, — доктор помедлил, — тогда можно попытаться с ним поговорить. Фамилия у полковника Трубников, зовут Антон Ильич. Поищите, может, найдете.
— Обязательно поищем.
Дальше разговор перескочил на другую тему. Жаров понемногу закупал медикаменты, мелким оптом, но помимо того ему требовалось медицинское оборудование для проведения операций и помощники. Это проблема, не очень большая, однако, ее тоже следовало решать. Впрочем, не сейчас.
Дом Жарова мы покинули через полчаса. Ратибор, который удостоверился, что с другом все в порядке, улыбался, а Крестоносец смотрел на осенний лес. Ну, а я крутил баранку и думал о том, кого послать на поиски полковника Трубникова. Хотя кого посылать? Эдика Шмакова с его парнями, а больше некого. Шансы на то, что Трубников еще жив, на ногах и соображает, имелись, и стоило попытаться на него выйти. Мало ли, вдруг получится привлечь отставника к нашим делам. А нет, так нет. Пока мы ничем не рискуем. Но опять же это только после похищения грузовика с оружием. Сейчас это приоритет, а остальное подождет.
— Сержант!
Я стряхнул в урну пепел и посмотрел на полного мордастого майора, который остановился перед курилкой. Что ему надо? Сижу, никого не трогаю, курю, жду Лопарева и никому не мешаю.
— Чего? — отозвался я на окрик незнакомого майора.
