Право победителя

Ивана с точностью до минуты.
«Неизвестные явления природы, иху мать!»
— Сашка, да отлипни ты от неё! Успеешь ещё знаки внимания оказать!
— Иван Андреич! Я её русскому обучаю!
— Тьфу, зараза! Никуда она от тебя теперь не денется. Если глупить не будешь и думать будешь башкой, а не яйцами! И ещё — никакого насилия! Понял?
— Иван Андреич! — Александр обиженно засопел.
Слова босса возымели действие, и моторист, по-улыбавшись на прощание, занялся своими прямыми обязанностями.
Лодка встала на якорь всего в тридцати метрах от берега. Олег, ещё раз недоверчиво оглядев сосновые заросли, аккуратно скатал одежду и поплыл к берегу, держа узелок над головой.
— Давайте! — Голый Олег схватил вожделенный автомат, повертел его в руках, чем-то там щёлкнул и присел на одно колено, наведя ствол на склон горы. Ваня в своих силах не был настолько уверен, поэтому поплыл на камере. Таня же, украдкой стрельнув глазами на Алекса, быстро стянула с себя брезент и сиганула следом за «Russische Kapitan».
Самолёт лежал в микроскопически маленькой горной долинке всего в получасе ходьбы от бухты. Иван искренне зауважал пилотов люфтваффе

решивших садиться ЗДЕСЬ. Фюзеляж самолёта был почти цел, только морда разбилась всмятку, да ещё оторвало крылья и хвост. Лётчикам не хватило чуть-чуть — полянка, заросшая кустами, оказалась слишком короткой. Под боком у туши фюзеляжа приютились три маленькие, песчаной расцветки палатки, чуть дальше идеально ровным рядком виднелись идеально насыпанные могильные холмики. На них были установлены идеально ровные кресты.
«Тьфу, бля! Орднунг!»
Таня решительно обогнала мужчин и что-то закричала. Ей ответили. Измождённый мужик лет пятидесяти, совершенно гражданской наружности, со стоном опустил автомат. Ноги его были плотно примотаны к доскам. Второго выжившего инженера нашли в палатке. Мужчина был без сознания.
— Шеф! Да это просто праздник какой-то! — Олег вынырнул из распотрошенного контейнера с комплектом обмундирования светло-песчаного цвета. На шее его болтался автомат.
— Шеф! Можно? «Соблюдает! Молоток, парень».
— Одевайся. И мне подбери по размеру, и Сашке. Нечего нам в обносках ходить.
Олег радостно матюгнулся и снова исчез в самолёте. Иван призадумался. Плюсов в этой находке было много. Очень. Только оружия собрали — четыре пистолета и два короткоствольных автомата с оптикой. Правда, патронов к ним было совсем мало — Таня, выпучив глаза, рассказывала о puma. И ещё очень натурально изображала медведя. Франц согласно кивал, показывая рукой на ближайшие заросли.
— Олег. Хватит рыться. Пакуй всё. Закрой контейнеры. Возьми носилки — нам этого фрица до лодки тащить. — Ваня вынул из прихватизированного баула пистолет и отдал его Тане.
— Жди здесь. Э-э-э-э… Ахтунг, в общем.
А минусы… А минусов — не было! Маляренко представил счастливые глаза жены и издал победный вопль.
Все затраты и усилия окупились сторицей.

— Иван Андреевич, вы, конечно, человек авторитетный… — Мама Надя с сомнением поджала губы. Для неё это было выражение крайней степени неудовольствия.
«Угу, как там было… „ты, Доцент, вор, конечно, авторитетный…“».
Ваня зажмурился от удовольствия. Сидеть под большущим тентом на удобнейших раскладных креслах было чертовски приятно. Особенно если учесть, что тент стоял на НАБЕРЕЖНОЙ — часть берега возле пирса Мария велела очистить, замостить и озеленить. И сложить из камня стационарный мангал. Хозяин, когда вернулся из своего второго южного похода, на какое-то время потерял дар речи. Это было очень круто. Это был показатель. Иван впервые почувствовал, что он здесь, в этом мире, не только прекратил «выживать», но и стал просто жить в своё удовольствие! Да что там — он стал получать от этой жизни просто-напросто курортные блага! Посидеть вот так, тихо, по-семейному, вечерком на пляже у моря, под шашлычок и кувшинчик бражки — милое дело!
С тех пор как Иван объявился в порту вместе с тремя немцами и кучей разного барахла, прошло уже два месяца. «Беда» сделала уже пять рейсов за имуществом германской армии и сейчас, ведомая эрзац-капитаном Алексом и его юнгой Таней, совершала шестой. Рабочие, вкалывавшие на строительстве домов для Олега и Семёныча, увидав на моряках новенькую