Подруга журналистки Люси Лютиковой на неделю уезжает за границу. А кто будет присматривать за четырьмя ее ребятишками? Ну конечно же безотказная «тетя Люся»! Знала бы наивная толстушка, во что она ввязывается… Первым делом у Люси крадут все деньги, и, чтобы прокормить детей, она ввязывается в странную авантюру. Печальный итог — убийство, в котором подозревают бывшую одноклассницу Люси. Лютикова уверена, что настоящий убийца гуляет на свободе и найти его сможет только она!
Авторы: Лютикова Люся
детские вещи, укладывать детей спать и читать им сказки. И за все это ты хочешь заплатить двадцать долларов.
По мере того как Ирина все это перечисляла, я понимала, что мои шансы найти няню равны нулю. И никакой бартер тут не поможет. Я поднялась:
— Знаешь, я, наверное, пойду. Извини, что побеспокоила, глупая затея…
— Подожди, — остановила она меня. — Няня с проживанием?
— Что?
— Сможешь предоставить ей ночлег?
Я прикинула, где бы в тесной «двушке» могла разместиться еще и няня.
— Если ее устроит раскладушка на кухне…
— Устроит.
Девушка выдвинула один из ящиков стола и достала оттуда тонкую папку:
— На, держи.
— Что это?
— Личное дело няни, Нины Платоновны Величко.
Я открыла папку и принялась с интересом просматривать ее содержимое. Ирина комментировала каждый документ:
— Это диплом об окончании педагогического училища, это трудовая книжка, тридцать лет работы в детском саду, сначала воспитателем, потом, когда начался кризис, нянечкой сразу на двух ставках. Это справка о состоянии здоровья, заключение о прохождении флюорографии, список прививок…
— Подожди-ка. Ты хочешь сказать, что такая замечательная няня согласится работать на моих условиях, лишь бы ей позволили ночевать на кухне?
Я не верила своему счастью. Все оказалось так просто! Мне надо было сразу обратиться в «Овсянку», а не мучить детей несъедобной едой собственного приготовления и фанатичной крестной. Я была готова молиться на Ирину.
— О, спасибо большое! Ты не представляешь, как меня выручила!
Девушка отмахнулась:
— Не благодари, агентству это тоже выгодно.
— Как так?
— Дело в том, что Нина Платоновна приехала в Москву с Украины. У нее нет ни рекомендаций, ни регистрации, вообще ничего. В приличную семью на хорошие деньги ее сейчас не возьмут. Вот когда ты сделаешь ей регистрацию и дашь рекомендацию, тогда наше агентство сможет сбагрить ее няней к какому-нибудь толстосуму в загородный дом. И получить за это солидные комиссионные.
Моя радость сразу померкла.
— А ты уверена, что ей можно доверять? Конечно, я бриллианты под подушкой не прячу, но мне бы не хотелось, чтобы она обчистила квартиру. А вдруг она украдет детей? И продаст их за границу?
Ира вытаращила глаза:
— Господи, о чем ты говоришь?! Неужели ты думаешь, что я предложу тебе невесть кого? Наш психолог проверила Нину Платоновну на целой куче тестов и выяснила, что у нее очень высокая мотивация на работу. Еще бы! В Хохляндии осталась ее дочь, беременная вторым ребенком, да зять-нахлебник. Ей никак нельзя ввязываться ни в какие криминальные истории, она же кормилец семьи! Да она тебе будет по гроб жизни благодарна, а ты говоришь — «обчистит»!
Я подумала, что у меня все равно нет другого выхода, и вздохнула:
— Ладно, давай координаты своей Нины Платоновны. Далеко она живет?
Девушка оживилась:
— Ой, никуда ехать не надо, она здесь, в агентстве! Сейчас я ее приведу.
Ирина убежала и вскоре вернулась в сопровождении невысокой щупленькой женщины лет пятидесяти. При взгляде на нее я испытала некоторое разочарование. Честно говоря, не так представляла я себе идеальную домработницу, совсем не так. Мне кажется, что если человек вкусно готовит, то и выглядеть он должен соответствующим образом: быть кругленьким и аппетитным — так сказать, нести на себе отпечаток разносолов. К тому же уборка квартиры требует элементарной физической силы, а откуда ей взяться у этого воробушка?
Была еще одна причина для неприязни. Нина Платоновна внешне очень напоминала мою школьную учительницу физкультуры. Вероника Всеволодовна была миниатюрной шатенкой, громкоголосой и чрезвычайно энергичной. Мне, ленивой толстой девочке, она казалась настоящим чудовищем. На протяжении всего урока учительница только и делала, что терроризировала меня, заставляя бегать, прыгать и лазить по канату. Вернее, беспомощно и постыдно на нем болтаться, потому что мне ни разу не удалось подняться даже на полметра. Мучения мои были ужасны, под любым предлогом я брала освобождение от физкультуры. С тех пор я настороженно отношусь к женщинам, которые хоть чем-то смахивают на суровую Веронику Всеволодовну.
Но сейчас было не время и не место привередничать. С Ниной Платоновной мне предстоит общаться лишь три дня. Даже если она окажется сущим монстром, я это как-нибудь переживу.
— Здравствуйте, — смущенно улыбнулась няня. — Я Нина Платоновна.
— Людмила, — представилась я в ответ.
— А по отчеству?
Я махнула рукой:
— Зовите меня просто Люсей.
Ирина бодро воскликнула:
— Ну вот, всё отлично устроилось! Надеюсь, что обе стороны
