Предчувствие смерти

Он и сам переживает, что не может, понимает, как вы волнуетесь. А вы обязаны ждать и твердо — понимаете, твердо! — знать, что он жив, что вы ему нужны, что не имеете права вот так взять и оставить его одного. Да, вам больно, у вас невыносимая психическая боль, это от нее
ВЫ пытались спастись, уйти в небытие. Но вы думайте не о ней, а о том, как было бы больно Коле, если бы он вас лишился. Намного больнее, чем вам! Вы же этого не допустите? Ради него вы обязаны все вытерпеть и жить».
Неожиданным утверждением, что сын жив, Вере удалось слегка вывести пациентку из состояния заторможенности. Она теперь охотнее шла на контакты, только все время держала в руке фотографию сына, смотрела на нее и повторяла: «Живой». Видно, крепко поверила.
~ Потом я вернулась домой и забыла об этом, — сказала Вера. — Хватало других пациентов и более тяжелых случаев. А сейчас посмотрела вокруг и узнала ее сына, стало любопытно, окликнула. Вот и все.
— Ничего себе «вот и все»! — выдохнул Жаровня без всякой паузы, не давая слушателям хоть немного задержаться мыслями на рассказе и осознать. — Теперь понятно, чего она устроила тут такие танцы!
— Действительно, Вера, — с каким-то почтительным ужасом сказала Галина, — как же вы узнали, что сын живой? Вы что, по фотографии можете все о человеке узнать? Вы предсказательница? Ясновидящая?!
Вмешался Андрей.
— Не налетайте на человека. Психотерапевт в отпуске.
Кирилл и Оля гордо улыбались, будто психотерапевт
принадлежал лично им. Андрей же счел возможным попросить:
— И все-таки ужасно интересно узнать, как у вас это получилось. Расскажете?
Вера уже некоторое время чувствовала легкий дискомфорт и тревогу. Обычно, если что-то грозило людям из ее внутреннего круга — близким родственникам или любимым подругам, — организм сигнализировал головной болью, сжатием сосудов, слабостью. Но сейчас тревога была едва ощутимой, дети находились рядом, и Вера отнесла свое состояние на счет слишком большой порции крымского солнца. Значит, надо отвлекаться разговорами.
— Ну, если народ просит…
Стараясь не произносить специальных слов, Вера рассказала, что некоторые ученые, в том числе и лично она, уверены, что у человека не пять чувств, а гораздо больше. Только он не знает о них. Потому что они замкнуты на подсознание, а сознанию доступны лишь пять. Отсюда всякие фокусы с телепатией, сны, в которьгх делаются открытия, предсказания и прочее. Есть еще и разная степень чувствительности на эти слабые сигналы из подсознания в сознание, у кого-то эта степень высока, у кого-то отсутствует вовсе.
А главное, у нас в мозгу постоянно включено нечто вроде компьютера, перебирающего варианты. Только гораздо тоньше и мощнее. Один психотерапевт и писатель назвал его «механизм вероятностного прогнозирования».
— Вот вам, Ваня и Андрей, наверняка приходилось в армии спать в разных условиях. В том числе, предположим, и на полигоне, где стреляют из пушек. Очередь вашего подразделения еще не подошла, и вы прикорнули. Пушки стреляют, ваш мозговой компьютер прогнозирует, что они будут стрелять и дальше, и вы спите. Но вот стрельба окончилась, и вы просыпаетесь — прошу заметить! — от тишины. Компьютер снова выдвигает прогноз: все в порядке, потому что тишина длится некоторое время, и вы снова задремываете. Опять начинается стрельба, и вы на этот раз просыпаетесь уже от нее.
Так вот, этот механизм, включенный постоянно, регистрирует все сигналы подсознания, всю информацию из внешнего мира, все мимолетно полученные впечатления -и перерабатывает на основании всего вашего накопленного опыта. То есть, как компьютер, в секунду перебирает миллионы вариантов событий, которые могут случиться.
Прогнозирует вероятности, одним словом. Прогнозов этих накапливаются миллионы, они постоянно уточняются и редактируются, отбрасываются старые и возникают новые. Вот вам и объяснение всяческих чудес. По крайней мере, у интуиции именно отсюда ноги растут.
— Ну, а в моем случае достоверно могу сказать только одно, — подытожила Вера, — мне очень хотелось профессионально состояться. Я изо всех сил напрягалась, чтобы соответствовать своему учителю, и напряжение обострило работу «генератора гипотез». На фотографии я увидела волевое, умное лицо. Такого бойца погубить или взять в плен сложно — это раз. Мы знаем случаи, когда даже официально погибший оказывался живым, тем более спешить с выводами о судьбе пропавшего нельзя — это два. Сейчас уже не помню, но могла смотреть по телевизору новости, где сообщалось об очень малом числе потерь среди личного состава «голубых беретов» ~ это три.
Вера решила промолчать о том, что она тогда просто почувствовала