Предсказать прошлое

таком раскладе однозначно потеряет свою силу, и ни какая бумажка не будет этому мешать. Более того, у Жака будет возможность избегать подобных уз и в будущем, объясняя все безутешностью от потери, любимой и единственной.
Во-вторых, моя безопасность перестанет быть под сомнением. Пока Бланше не найден, я не могу поручиться за свою жизнь, а сколько его будут искать неизвестно, тем более он может скрыться так, что искать будет бесполезно, это вам не цифровой мир, где любого найти можно, если знать как. Оглядываться всю свою жизнь я не хотела, и это был отличный способ этого избежать.
В-третьих, абсолютно чистая биография и возможность начать все с начала, а ещё я давно мечтала вернуть своё имя. Вот теперь у меня появляется такая возможность.
Но на любое количество плюсов всегда найдётся минус. И дело даже не в том, что для всех я буду мертва, а значит, мне придётся избегать многих из своих появившихся здесь знакомых. Главным минусом является то шаткое положение, в которое я невольно поставлю Тристана. Я не понимала и не хотела понимать того, что скрыли происходящее от него, а, следовательно, уверили его в реальности совершающегося. Сердце рвалось на куски от мысли, что мне придётся вновь причинить ему боль. Как он отнесётся к моей смерти, пусть даже и мнимой, ведь он будет в неё верить как в действительность?
— Как долго? — справившись с эмоциями, спросила Жака.
— Вы сможете уйти к Лебрену уже следующим вечером, как только здесь все закончиться. Я же буду организовывать похороны, и носить траур ещё год, — пугающе мечтательно произнёс он.
Ага, знаю, хоронили тёщу, порвали два баяна.
— Смотрите слезами мою могилу не залейте.
— Какая Вам разница.
— Не люблю сырость, особенно там, где сплю, — развеселилась я.
А потом, немного подумав, уточнила:
— Я надеюсь, никто не пострадает?
— Не волнуйтесь, все предусмотрено, сегодня погибнет только один человек — маркиза Элизе ДеБюси. И как себя при этом ощущаете?
Я, пошевелив пальцами на руках и ногах, тесновато будет, заметила:
— Как в гробу.
— А Вы знаете, как ощущаешь себя в гробу?
— Кто из нас покойник, я или Вы? — подняла я брови. — Мне лучше знать.
— Понял, — засмеялся он.
— А что примерю белое платье и буду старых знакомых навещать. Принимаю заказы, Вам кого первого до сердечного приступа довести надо?
Жак, уже не сдерживаясь, смеялся в голос.
— Вас будет ужасно не хватать в моем доме.
— Зато меня будет хватать в другом, знаете, есть такой закон «Закон сохранения вещества в природе» если где-то убыло, то значит, где-то прибыло.
— Мне пора идти, Карл со слугами должен будет найти меня бессознательного недалеко от вашей комнаты.
— О, так Вы герой, который с риском для жизни бросился спасать жену из огня.
— Конечно, если мы бы решили сделать вид, что меня не было дома или меня спасли первым, я бы уже точно не дожил до утра.
— Почему?
— Боюсь, у Тристана было бы достаточно времени до вашего чудесного воскрешения, чтобы порвать меня в клочья.
— Вот я и говорю, нужно было его предупредить, — опять завелась я.
— Тогда эта мышиная возня, привлекла бы слишком много ненужного внимания. Была вероятность, что могли оказаться не нужные свидетели, и что тогда? Мы делаем все правильно, да и нет больше пути назад
Может он конечно и прав, но я в этом никогда не признаюсь. Он уже почти дошёл до пошарканной деревянной двери, когда меня, наконец, заинтересовала моя судьба.
— Э-э-э, Жак, а что Вы меня так и бросите здесь одну и связанную?
— Придётся, а то ещё броситесь героически спасать саму себя из пламени огня.
— Ну, Жак ну пожалуйста, я же даже не знаю, где нахожусь.
— Это флигель, мы совсем рядом от поместья. Полегчало?
— Нет, — крикнула я, заметив его намерение выйти. — А если я пить захочу, или в туалет?
— Придётся потерпеть. Недолго.
— Я же ничего кроме потолка не вижу.
— Поспите.
— Э-э-э, стойте! — завопила я, когда он уже открыл дверь. — Я, обещаю являться к Вам после настоящей смерти, если Вы сейчас что-нибудь не сделаете.
Жак тяжело вздохнул и, вернувшись, подхватил меня на руки и перенёс на стул у окна.
— Вот, любуйтесь. Считайте что у Вас лучшее место в первом ряду.
Переведя взгляд в окно, я убедилась, что действительно, отсюда был отличный вид на поместье и близлежащие окрестности. Сомневаюсь, что кому-то ещё удавалось наблюдать за собственной гибелью, вот такая вот я «счастливица».
Жак, не дожидаясь моих новых капризов, поспешил на главную сцену. И пока я нервно постукивала ногой по полу, упустила момент, когда этот камикадзе вернулся и одним