Предсказать прошлое

оказавшись лежащей на ковре среди разбросанных бумаг, придавленной огромным мужским телом. Но не он один страдал от сдерживаемого желания, я все это время горела в том же огне, и потому, долго сдерживаемая и вдруг вышедшая из под контроля, первобытная страсть вспыхнула в моей крови с не меньшим жаром. Его губы и руки были повсюду, я отчётливо слышала тихий рокот в его груди, заменивший мне самые изысканные признания. Разве можно сомневаться в чувствах мужчины который в порыве невероятной нужды в тебе, рвёт зубами лиф платья не способный остановиться для того чтобы развязать шнуровку. Ещё не совсем пришедшая в себя от водоворота событий, была способна пока, только беспрекословно подчинятся его действиям и следовать за ним туда, где я буду принадлежать ему.
Мой очередной стон был заглушён глубоким поцелуем, крадущим мой голос. Я дарила ему своё дыхание, он делился со мной своим. Его хрип, мой стон. Он ведёт рукой по моему телу, я выгибаюсь, ловя прикосновение. Он и я. Я и он. Одно целое. Неразделимое.
Я понимала, что сейчас ему нужно подтверждение, что я рядом с ним, что это действительно реальность и пусть он хочет получить именно таким способом истинно мужским, хозяйским.
Резкий рывок рукой и верх платья больше не прикрывает меня от его взгляда, от его ладоней от его губ. Боже мой, как же хорошо! Обнажённое тело местами трётся о ткань его рубашки, чем раздражает мои оголённые нервы и больше не в состоянии терпеть этой пытки, я яростно принялась стягивать мешающий мне предмет одежды с Тристна. Пару секунд возни и вот он прижимается ко мне заставляя таять от удовольствия. Кожа к коже.
Его сильная рука, прочертив дорожку от плеча к талии и ниже, потянула подол юбки выше, оголяя бедра и избавляя меня от лишних предметов гардероба. Я с удовольствием бы сняла мешающее двигаться платье, но на это ушло бы время, тратить которое, было отчаянно жаль.
Его рот терзал мою грудь, шею и губы, я, уже громко стонала в голос. Но меня не беспокоило, услышит ли кто нас, а Тристан вообще перестал воспринимать действительность. Его действия становились все отрывистей и неистовей, он перестал контролировать происходящее и отдался инстинктам.
Одно плавное тягучее движение и мой вскрик боли слился с его диким рыком. Выгнувшись дугой, вцепилась ногтями ему в плечи, хватая ртом воздух. Немного болезненные, но невероятные по своей сути ощущения не возможно было прочувствовать одномоментно. Саднящая боль очень мешала насладиться происходящим в полной мере, но это было и не важно. Сейчас я упивалась своё властью над телом и эмоциями этого не вероятного мужчины. Он иступлено двигался надо мной, неустанно целуя, облизывая и покусывая. Он не видел, не слышал и не чувствовал, ничего, кроме меня, а я зарывшись руками в его распущенные волосы, млела от ощущения того, что я являюсь центром его вселенной, и я сделаю все от меня зависящее чтобы так было всегда.
Толчки становились быстрей и отрывистей, пока волна экстаза не накрыла Тристана, проходя по телу волной дрожи.
Его расслабленная тяжесть не причиняла мне неудобства, более того я ощущая его всем своим существом, чувствовала себя невероятно счастливой. Поглаживая ладонями его все ещё подрагивающие плечи, впитывала в себя его тепло и запах, мечтая, чтобы они всегда оставались со мной.
Лебрен тяжело вздохнув, с трудом сдвинулся и, увлекая меня за собой, лёг набок. Пряча своё лицо на моей груди, и крепко прижимая меня к себе, прохрипел:
— Я только что умер и попал в рай.
В ответ я лишь поцеловала его в висок, продолжая бесцельно перебирать его волосы. Чёрный шёлк струился по моим пальцам и завораживал блеском в свете живого огня.
— Извините меня, я был груб, — покаялся он, согревая своим дыханием вершинку мой груди.
— Нисколько. Все было… потрясающе, — с трудом выговаривая слова, нашла я определение своим ощущениям.
— Вы как всегда оправдываете меня, маркиза.
— Я не маркиза, — тяжело вздохнув, напомнила я ему.
— Вы маркиза, — приподнявшись на локтях и глядя мне в глаза, сказал Тристан. — Вы Моя Маркиза!
— Звучит почти как предложение, — пошутила я от смущения.
— Нет, это не предложение, — нахмурился он. — Это решение, которое не обсуждается.
Я не знаю, что принято говорить в такой ситуации и что делать, но мне не пришлось об этом думать, так как, меня очень качественно отвлекли, пригласив поучаствовать в сладком поцелуе. И когда я уже совсем забыла, о чем мы говорили, Тристан, отстранившись, ни капли, не смущаясь своей наготы, поднялся на ноги. Я жадно впитывала его совершенный образ, когда он, с лёгкостью подхватив меня на руки, понёс в свою комнату. По пути я не в состоянии остановится и взять себя в руки, не прекращая,