Предсказать прошлое

но не делаю этого ради человека, который сейчас смеётся надо мной. За бокалом полетела вилка, затем салфетница, но ни разу не попав подскочила сама и рванула к Жаку в попытке наставить синяков собственноручно. Он не стал уворачиваться и, перехватив меня за талию, перетащил на диванчик, где мы и возились следующие несколько минут, пихаясь и кусаясь (ладно, признаюсь, кусалась только я). Оказалось это очень действенный метод, который позволяет сбросить стресс. Так что к моменту, когда я выдохлась, моё злое шипение уже сменилось громким смехом.
Побарахтавшись ещё немного, мы просто остались лежать на узком диванчике, выравнивая дыхание и активно обмахивая раскрасневшиеся лица.
— Успокоилась? — запыхавшись, спросил Жак.
— Да, спасибо.
— Да не за что, тебе было это необходимо, а то очень не привычно видеть тебя в унынии, тем более что повода и нет вовсе.
— Сложно все это, со мной ничего подобного раньше не случалось, — призналась я.
— Поверь мне, с ним тоже. Поэтому все так и интересно, — всё-таки вставил Жак, за что и получил от меня ещё один увесистый тычок в бок.
— Ай, больно, — возмутился он.
— А ты перестань издеваться.
Нашу перепалку прервали шаркающие шаги, подскочив мы, спешно оправляли одежду и волосы, посмеиваясь друг над другом. Перед нами всклокоченными и раскрасневшимися стоял дворецкий.
— Что-то случилось Тостивинт?
По крайней мери это точно не гости, те попадают в комнату гораздо раньше, чем Шумахер, но по каменному лицу дворецкого мало что можно было прочитать.
— Да сер, возникли некоторые проблемы, — невозмутимо проговорил тот.
Ну вот, а только что говорил, что здесь ничего не случается и ему скучно, а на самом деле за последние два дня здесь единственное только Пришествие не произошло, а все на скуку жалуется.
— Какого рода проблема? — подтолкнул Тостивинта Жак.
— Драка на псарне.
— Мой Айко, — взволновано воскликнул маркиз и бросился прочь из столовой. Любопытство не порок, а принцип жизни, поэтому недолго думая я рванула следом за ДеБюси, обгоняя шаркающего дворецкого. Поняв, что так мне не угнаться за маркизом из-за путающейся в ногах юбки, я приподняла подол спереди и прибавив шагу побежала быстрее. Звук шагов и не прекращающиеся причитания Жака привели меня в постройку за основным зданием поместья, откуда раздавался громкий визг и чья-то ругань. Хотя почему, чья-то? Эти витиеватые выражения искусно плетёт только один обитатель этого дома — Карл Сорел.
Заскочив вовнутрь я лицезрела жуткую картину, где лохматый клубок катался по полу брызгая вокруг себя слюной и кровью. Бедные животные в пылу драки сносили перегородки и переворачивали находящуюся по близости утварь.
— Вам так нравиться демонстрировать всем своё нижнее белье? — услышала я над ухом насмешливый голос Сорела. Ах, ну да точно. Я резко одёрнула юбку которую так и держала в руках.
— Их надо остановить, — решив не обращать внимание на колкость, взволновано проговорила я.
— Самая умная что ли? Уже пытались, они искусали уже трёх псарей и результата никакого.
— Айко! Айко! — звал своего любимца Жак. — Давно надо было пристрелить Хмурого.
— Я давно предлагал, но тебе все жалко было, — заметил Карл.
— Не хотелось терять хорошего пса из-за того, что тот слишком агрессивен в отношении других собак.
— Вот и дождался, он сейчас покалечит твоего лучшего пса, а может и загрызёт.
— Так чего вы стоите и ничего не делаете? — возмутилась я.
— Хотите попробовать сами? — насмешливо поднял брови Сорел.
— Конечно, если вы ни на что не годны, — ответила я ему возможно чересчур грубо, но смотреть на то, как два живых существа рвут друг друга, больше не могла. Пробежав глазами по всему помещению, нашла то, что искала. Этот способ я освоила на просторах институтской общаги, где молодые и излишне горячие парни регулярно выясняли отношения посредствам силовых приёмов по сценарию «Ты меня не уважаешь?!». Подойдя к найденному ведру, пощупала воду рукой, ага, ледяная, как раз то, что надо. Не теряя больше не минуты схватив полный сосуд, бесстрашно направилась к дерущимся собакам и с размаху опрокинула им на головы холодный душ. Псы, визжа и скуля, бросились в рассыпную, сбивая с ног зазевавшихся псарей. Я довольно потёрла руки с чувством выполненного долга пошла на выход и переступая порог обернулась со словами:
— Чего стоим, кого ждём? Собак по местам загонять тоже мне? — и покинула псарню, не дожидаясь ответа, спиной ощущая с десяток любопытных глаз.
Я очень быстро шагала к дому, зло поджимая губы. Это, каким же гадом надо быть, чтобы устроить диверсию используя беззащитных животных.