На протяжении десяти лет хейдлы — обитающие в глубинах планеты человекоподобные существа homo hadalis — не подают о себе никаких известий. Официально считается, что они погибли от смертельного вируса. Но внезапно по Америке прокатывается волна таинственных преступлений — кто-то похищает детей, а взрослых, если те оказываются рядом, обнаруживают убитыми. Все указывает на то, что это дело рук людей бездны, хейдлов. Ребекка Колтрейн, мать одной из украденных девочек, собирает армию добровольцев и отправляется в погоню за похитителями… «Преисподняя. Адская бездна» — долгожданное продолжение «Преисподней». романа, возглавившего списки бестселлеров «New York Times».
Авторы: Лонг Джефф
— Нет, — шепчет он.
Могучая рука хватает его за лодыжку. Его за ноги вытаскивают из дыры, но Айк пытается ухватиться за кости. Его кости. Они стали его.
Ангел груб. Он вытаскивает брыкающегося Айка из мрачного убежища. Айк лягается. Странно, у него откуда-то появились силы. Даже шатающийся от голода, полубезумный, он вырывается и бросается на эти безжалостные глаза. Граница между телом и волей исчезла. Может, это сон? Ведь Айк касается того, к чему невозможно прикоснуться, он действительно ударяет ангела по лицу.
Дважды он кидается вперед. Дважды его отшвыривают.
Ангел удерживает его.
— Зачем? — спрашивает Айк.
— Ты уже созрел, — отвечает ангел. — Пора отрабатывать свое содержание.
Айк чувствует влагу на губах. Он сопротивляется воскрешению. С жизнью покончено, раз и навсегда. Но его тело — это тело животного. Помимо его воли оно принимает пищу.
— Я слышу голоса агнцев, заблудившихся в пустыне, но они недоступны для меня, — говорит ангел.
Он бросает Айку какой-то сверток, который со стуком падает на землю. Айк видит нефритовые доспехи, оставшиеся от прошлых охот.
— Больше не хочу.
Айк не добавляет почетный титул. Ни Повелитель, ни Ринпоче, ни Учитель. Он отвергает ангела. Хотя понимает, что отвергает жизнь. На этой стадии игры неблагодарный ученик заслуживает только смерти.
Ангел исполнен милосердия или по меньшей мере желания проявить милосердие.
— У тебя есть обязательства, — говорит ангел.
Айк чувствует, что становится сильнее. Гораздо сильнее.
— Ты больше ничему не можешь меня научить.
— Дорогой Айк, — говорит ангел, и тот факт, что он называет ученика по имени — впервые за многие годы! — говорит о многом.
Он отвергает ученика, который отверг его, возвращает Айка к своему ничтожному эго. Кроме того, он признает существование бессмертного цикла: то, что пришло к нему вначале, было Айком, и то, что покинет его в конце, тоже будет Айком. Можно считать это некрологом.
— После стольких лет, проведенных вместе, — продолжает ангел, — ты все еще не понимаешь. Вопрос всегда был не в том, чему я могу тебя научить, а в том, чему ты должен научить меня. Мы заключили сделку. Я поделюсь тем, что знаю, а ты сделаешь то же самое, ничего не скрывая.
— Я отдал тебе все.
Ангел продолжает разговор, словно перескочив на два или три шага вперед.
— А теперь о твоей дочери…
Айк поднимает голову.
