На протяжении десяти лет хейдлы — обитающие в глубинах планеты человекоподобные существа homo hadalis — не подают о себе никаких известий. Официально считается, что они погибли от смертельного вируса. Но внезапно по Америке прокатывается волна таинственных преступлений — кто-то похищает детей, а взрослых, если те оказываются рядом, обнаруживают убитыми. Все указывает на то, что это дело рук людей бездны, хейдлов. Ребекка Колтрейн, мать одной из украденных девочек, собирает армию добровольцев и отправляется в погоню за похитителями… «Преисподняя. Адская бездна» — долгожданное продолжение «Преисподней». романа, возглавившего списки бестселлеров «New York Times».
Авторы: Лонг Джефф
Та самая Ребекка. Внезапно Али поняла причину галантности Грегорио.
— Присаживайтесь, — сказала Али.
Ребекка не отреагировала на приглашение.
— Я не отниму у вас много времени. Обещаю.
— Садитесь, — повторила Али. — Выпьем с вами чаю.
— Но вы ведь заняты. Все очень заняты.
Эту женщину жизнь изрядно потрепала. Совершенно очевидно, что ее прогоняли — и не раз.
— Чай, — решительно объявила Али. — Чай с пирожными.
— Я принесу, — вызвался помочь Грегорио и скрылся за дверью.
Чудеса, да и только. Неужели у баскского убийцы драконов есть домашняя жилка?
Ребекка дотронулась до спинки стула и перевела дух. Потом села. Отчаянная женщина, подумала Али. В противном случае она не осмелилась бы явиться сюда, на вражескую территорию. Уже неделю, с той самой ночи, когда похитили детей, газетные обозреватели и ведущие телевизионных шоу представляли институт Али как логово сочувствующих хейдлам, предателей и криптотеррористов. Кирпичные стены здания пестрели оскорбительными надписями. Сотрудникам института резали покрышки. Али начинала думать, что полицейские симпатизируют вандалам, потому они были явно не на ее стороне — задерживались на пару минут, когда она их вызывала, ни разу не поставили снаружи дежурную машину.
— Значит, вот вы какие, — произнесла Ребекка.
— Да, это мы — во всем блеске, — ответила Али. — Наша «Студия». До нас здание арендовала танцевальная студия. Как видите, больше похоже на склад. Мы просто хватаем все, что поднимается к нам из глубин, и складываем на полки. Когда-нибудь появятся время и деньги, чтобы все изучить и должным образом заархивировать. А еще музей. И просветительский центр. Передвижные экспозиции. Циклы лекций. Да, у нас свои мечты.
— Я ожидала большей секретности, — сказала Ребекка. — Что-то мрачное. Готическое.
— Вы не одна такая. Люди думают, тут поклоняются дьяволу или что-то в этом роде. Мы все время пытаемся сломать это представление.
Она умолкла, позволив Ребекке без помех оглядеть помещение. Весь кабинет был заставлен артефактами хейдлов, причудливыми, гениальными или отвратительными — изготовленными из человеческой кожи или костей.
Внимание женщины привлекла фотография на письменном столе Али.
— Вот она какая, — сказала Ребекка. — Я видела вас по телевизору, когда они спросили, есть ли у вас дети. Красавица.
— Моя Мэгги, — кивнула Али.
Это была последняя фотография дочери.
— Милое имя. И глаза у вас одинаковые. — Она говорила так, словно Мэгги не умерла. Али это понравилось. — А подбородок точно отцовский.
Али вздрогнула.
— Отцовский?
Где Ребекка могла видеть Айка?
— Это ведь его фотография на верхней полке?
Али подняла голову — она и забыла, что там, наверху, стоит снимок Айка. Наполовину скрытое в тени — как и сам Айк — угловатое и очень серьезное лицо. Татуировка, нанесенная хейдлами, подчеркивает скулы. Они заявили о своей власти над ним.
— Из прежней жизни. Фотографии десять лет. С тех пор от него нет вестей.
— Он жив?
— Не знаю. Я спрашивала колонистов и исследователей, поднимавшихся на поверхность. Ходят разные слухи. Ничего конкретного. Сомневаюсь, что теперь это имеет хоть какое-то значение.
— Так долго оставаться в неведении.
Ребекка покачала головой.
— Я выжила, — ответила Али. — Потеряла одного, обрела другого.
А потом потеряла и дочь. Врачи винили в смерти Мэгги вирус гриппа, неопасный для других детей. Что-то ослабило девочку, сделало восприимчивой к болезни. Али во всем винила преисподнюю. Именно там она забеременела от Айка — нечаянно. Зачатая во тьме, девочка и на свету никогда не отличалась крепким здоровьем.
— Он бросил вас и дочь, — сказала Ребекка. — Вернулся под землю. Так мне говорили.
— Айк ушел еще до ее рождения, — возразила Али.
Боль еще не прошла. «Десять лет».
— Можно мне спросить? Остановите меня, если что не так. Мне любопытно. Наверное, он был хорошим человеком, раз вы его выбрали. Но как можно бросить ребенка?
Али вздохнула.
— Айк оставался на поверхности столько, сколько смог выдержать. Но у него оставались вопросы, требовавшие ответа. Он был убежден: там, внизу, что-то есть.
— Хейдлы?
— Нет. Мы не сомневались в их гибели. Другое. Более серьезное. Айк не мог выразить это словами, но чувствовал, еще со времен плена. Думаю, нечто на уровне подсознания, вроде связи между похитителем и жертвой. Как неоконченное дело. Только Айк настаивал, что это реальность. И ее обязательно нужно найти.
— Место? Или вещь?
— Не знаю. И он не знал. Только говорил, что это важно.
