Преисподняя. Адская бездна

двери, прорывалась на совещания и брифинги, и в конце концов ко мне приставили специального психолога, который помогает пережить горе. Женщина из Белого дома говорила о терпении. Оба сенатора от штата выражали сочувствие, обещали протоколы заседаний и сплавляли к своим помощникам. Я перезнакомилась со столькими юридическими консультантами, лоббистами, руководителями неправительственных организаций и журналистами, что можно уже избираться в президенты.
— И что они вам сказали?
— Плакать, волноваться и ждать, — ответила Ребекка. — Все сводится к этому.
— И теперь вы пришли сюда.
Ребекка переплела пальцы.
— Да.
— Не нужно туда спускаться.
Лицо Ребекки осталось бесстрастным.
— Станьте моим проводником.
— Я читала, что трое отцов пропавших детей отправились на поиски, — сказала Али. — И все трое вернулись ни с чем. Субтерра гораздо обширнее, чем вы можете себе представить. Слишком велика для одного человека.
— Они не знали, куда идти.
— А вы знаете?
— Вы знаете, — сказала Ребекка. — В город. Ваш город.
— Он не мой.
— Но вы знаете, где он.
— Я там едва не погибла.
Ребекка умолкла. Али догадывалась, что будет дальше. То, что интересовало всех, что было накрепко связано с ее именем.
— Говорят, там вы встретили дьявола, — наконец произнесла Ребекка.
— Я встретила человека, выдающего себя за дьявола, — возразила Али. — Его звали Томас. Седые волосы и благородные манеры. Скрывался под личиной священника. Когда я поняла, что он обманщик и убийца, было уже поздно.
— Откуда вы знаете, что он не дьявол?
— Потому что я видела, как его убили, а насколько мне известно, дьявол не может умереть.
— Он там. — Ребекка вскинула голову. — Если не он, то другие. У них мой ребенок. Отведите меня в город. Пожалуйста.
— Нет.
— Детей ведут туда. Прямо теперь, пока мы с вами разговариваем, они идут в город.
— Не думаю.
— Мои источники уверены в этом.
— Вот пусть они и ищут. Не ходите туда. Когда вашу дочь найдут, вы будете нужны ей целой и невредимой.
А если не найдут, что более вероятно, в живых останется хотя бы сама Ребекка.
— Я знаю, подземный мир влияет на людей, — сказала Ребекка. — Поверьте, за последнюю неделю я многому научилась. Я видела всякое: шрамы, уродства, затравленные взгляды, легкие недомогания, рак, поломку биологических часов, фантазии, привыкание. Это ужасно. Но я хочу вернуть дочь.
— Субтерра опасна даже пустая, — кивнула Али. — А она населена, теперь мы в этом убедились. Там хейдлы. Может, несколько сотен, а может, гораздо больше. Если они найдут вас или вы найдете их, вам уже не вернуться назад.
— Дочь ждет меня.
— Они не в городе.
— Тогда где же?
— Не знаю. Но могу заверить, что информация генерала Лансинга неверна.
Ребекка удивленно приоткрыла рот. Али явно угадала ее источник, по крайней мере один из них.
— Я с ним встречалась, Ребекка. У него есть пленный — или был.
— Хейдл?!
— Да. Я помогала его допрашивать. Генерал по-своему интерпретировал то, что рассказал пленный. Он расстроен. На него давят. Ему нужны результаты. Я могу лишь сказать, что Лансинг ошибается. Город — ложный след.
— Если бы забрали вашего ребенка…
А вот это уже к делу не относится. Разумеется, она бы ни перед чем не остановилась. Разумеется, бросилась бы без оглядки навстречу неизвестности. Только вот опасности при этом никуда не исчезнут.
— Пусть генерал делает то, что собирался, — сказала Али.
— В том-то и дело. Они ничего не делают. Генерал ясно дал это понять. Больше боятся китайцев, чем хейдлов.
— Не без оснований. Война внизу может перерасти в войну здесь.
— А моя дочь остается там.
— Генерал говорил вам об отрядах спецназа?
Ребекка подалась вперед. Об этом она слышала впервые.
— Они ищут детей, прямо сейчас, пока мы разговариваем.
— Лансинг мне ничего не сказал.
— Чтобы заработать новые неприятности с китайцами? Если они найдут детей, президент будет героем. Если нет, никто ни о чем не узнает. Особенно китайцы.
— Они прочесывают город?
— Насколько я могу судить, поджидают на путях, ведущих к городу.
У Ребекки был ошеломленный вид.
— Это правда?
Окруженная ложью, отговорками и уловками, она не знала, кому верить. Детей не найдут. Но Али ей этого не скажет. Она твердо решила. Ребекке нужна надежда, чтобы не погубить себя в бездне.
— Да.
В дверь постучали. Али подумала, что Грегорио пришел убрать со стола.
— Еще пирожные? — крикнула она, пытаясь изменить настроение.
— Пирожные? —