На протяжении десяти лет хейдлы — обитающие в глубинах планеты человекоподобные существа homo hadalis — не подают о себе никаких известий. Официально считается, что они погибли от смертельного вируса. Но внезапно по Америке прокатывается волна таинственных преступлений — кто-то похищает детей, а взрослых, если те оказываются рядом, обнаруживают убитыми. Все указывает на то, что это дело рук людей бездны, хейдлов. Ребекка Колтрейн, мать одной из украденных девочек, собирает армию добровольцев и отправляется в погоню за похитителями… «Преисподняя. Адская бездна» — долгожданное продолжение «Преисподней». романа, возглавившего списки бестселлеров «New York Times».
Авторы: Лонг Джефф
Али удивленно посмотрела на Джона. — Мы должны идти.
— Ты шутишь.
— Мы должны идти, — повторил он.
— Горы не существует, — возразила Али. — Мы ее придумали. Это образ, фантазия.
— Гора — да, — сказал Ли. — Не спираль. — Он поднял пластилиновую гору Грегорио и бесцеремонно перевернул. Потом пальцем проделал отверстие в центре, наподобие сужающегося кратера. — Путь не ведет вверх, но все равно поднимается. Спускается к вершине, если хотите. Мы должны забраться внутрь перевернутой горы. — Он начертил спираль на внутренней поверхности в направлении дна воронки. — Здесь источник, дом их Бога, — сказал Ли. — Теперь я вижу, как близко я к нему подошел. Если бы знать, что означает алеф. Билл догадывался. Эта догадка заставила его спуститься глубже. Он хотел найти место, в которое ведут символы.
— И любопытство, скорее всего, стоило ему жизни, — возразила Али.
— Не раньше, чем он нашел то, за чем охотился. Я надеюсь.
— Джон, твой друг сошел с ума. Разве ты не понимаешь?
— Возможно.
— Почему ты нападаешь на нас, Александра? — спросил Грегорио.
— Я не нападаю. Просто пытаюсь вернуть на землю. Мы так увлеклись… куском пластилина.
— Есть еще кое-что, о чем вам нужно знать, — сказал Ли. — Мы не первые, кто охотится за этими символами. Кто-то нас опередил. Еще один пилигрим.
Али уперлась пальцами в крышку стола.
— Какой пилигрим?
— Мы с Биллом видели только инициалы. Пять раз эти буквы попадались на нашем пути. И мы поняли, что они означают.
— Чьи инициалы?
Али уже догадалась.
Ли разгладил пластилин и написал две буквы: «АК». Али опустила голову.
— Что? — спросил Грегорио.
— Почему ты мне не сказал?
Она повернулась к Ли.
— Потому что вы никогда не согласитесь снова спуститься под землю.
— Он жив?
— Не знаю.
— Кто? — настаивал Грегорио.
— Айк, — ответила Али. — Айк Крокетт.
Теперь уже Грегорио оперся на стол. Опять Айк. По крайней мере, подумала Али, разговоры о спуске теперь прекратятся. Грегорио откажется от своей идеи хотя бы из уважения к ней.
— Я знаю, как поступить. — Она показала на раздавленную пирамиду из пластилина. — Расскажем о нашей догадке военным. Я знакома с генералом. Пусть они займутся.
— Военным? Американским военным? — взорвался Грегорио. — Они не посмеют снова отправить туда солдат — после бойни в Зеленой пустыне. Весь мир теперь пристально следит за ними.
— Он прав, — кивнул Ли. — Сила не поможет. Тут требуется деликатность. Нужны мы.
— Три человека? — усмехнулась Али. — Теперь мы супергерои?
— Можешь называть нас послами по особым поручениям. Мы — по крайней мере, вы — знакомы с языком хейдлов. Знаете их обычаи, хотя бы некоторые. Мне известна дорога — часть ее.
Грегорио взял каменную флейту.
— А я смогу сыграть Моцарта.
Али нисколько не удивилась.
— Вы не представляете, какие они. Даже если мы сможем отыскать хейдлов, они просто убьют нас и съедят. Это если повезет.
— Они могут согласиться на сделку.
— Что, черт возьми, мы им предложим?
Грегорио вздернул подбородок, который стал выглядеть еще более массивным.
— Мир.
— Что?
— После тысячелетий страха и взаимной ненависти кто-то должен сделать первый шаг, — сказал он. — Мы соглашаемся оставить их в покое. Хейдлы соглашаются не трогать нас. Живи и дай жить другим.
— Так просто? Мы спускаемся и объявляем о мире. Они отдают нам детей.
— Да.
Грегорио и Ли переглянулись. Товарищи по безумию.
— Вам бы романы писать, — сказала Али.
— Это наш долг. — В устах Грегорио эти слова звучали девизом конкистадора. — Как мы можем не пойти, зная то, что знаем?
— Легко, — ответила она. — Не пойдем, и все. Хейдлы обезумели. Колонистов эвакуируют. В субтерре царит анархия.
— Лошадь дикая, — сказал Грегорио. — Ей нужен опытный наездник.
— Я не объезжаю лошадей.
— Но мы можем спасти детей…
За их спинами со звоном разбилось окно.
Они смотрели, как камень катится по полу и останавливается у их ног. С почти научным интересом, словно на только что упавший с неба метеорит. Затем через дыру в стекле до них донеслись гневные выкрики.
— Гм, — промычал Ли, поднимая булыжник.
Али забрала у него камень.
— Сукины дети! — выругалась она.
— Видишь? — сказал Грегорио. — Что я тебе говорил? Собаки думают, что мы слабые. И сами становятся смелее.
Он выхватил у Али камень, намереваясь швырнуть его в протестующих.
— Отойди от окна, Грегорио.
Али услышала звон разбитого стекла и удары камней о стену. Словно
