Превосходство Борна

случае, не исключаю ее. Так же, как и что-то еще. Мы не рассматривали стратегии.
— Приступим к делу, майор, — предложил Хевиленд.
Отдав последнее распоряжение, Лин сам перед тем, как отправиться в аэропорт, получил приказ от Хевиленда.
— Постарайтесь сделать так, чтобы вас никто не видел, — сказал посол. — Это то, о чем мне хотелось бы просить вас.
— Но это же невозможно! — возразил Лин. — При всем моем уважении к вам, сэр, я должен заметить, что мне необходимо быть с моими людьми непосредственно на месте действия: у них наметанный глаз.
— Позвольте и мне заметить, при всем уважении к вам, что я настаиваю на том, чтобы вы въехали на территорию аэропорта через боковые ворота, — заявил Хевиленд.
— Почему, господин посол?
— Я удивлен, что вы, такой сообразительный человек, задаете вдруг мне подобный вопрос.
— Мне ничего не остается иного, коль скоро я не понимаю сути подобного распоряжения.
— Возможно, это моя вина, майор. Я думал, что объяснил достаточно вразумительно, почему мы пошли на столь крайние меры, чтобы заставить прибыть сюда «нашего» Джейсона Борна. Согласитесь, личность он необычная, о чем свидетельствует его досье. Он никому и ничему не доверяет. Мы можем предположить, что если медицинские прогнозы верны и память действительно постепенно возвращается к нему, то он сумел уже установить контакты в этом уголке земного шара с обитателями укрытого от постороннего взора мира, о котором мы, по существу, ничего не знаем. Рассмотрим такой вариант, — только рассмотрим, майор, не делая скоропалительных выводов, — что один из его осведомителей сообщает нашему «подопечному» о том, что сегодня вечером в аэропорт Кай-Так был послан тревожный сигнал и что там сосредоточиваются крупные силы служб безопасности и правопорядка, чтобы защитить губернатора. Как вы думаете, что бы он предпринял в таком случае?
— Отправился бы туда, — произнес неохотно Лин. — И занял бы удобную для себя позицию.
— Представим себе еще, что «наш» Борн заметил вас вдруг… Простите меня, но не заметить вас весьма сложно… Его дисциплинированный ум вкупе с присущими ему железной логикой и богатым воображением помогали ему выжить в экстремальных условиях. Учитывая это, нетрудно догадаться, что при встрече с вами в аэропорту он моментально вычислит, кто вы. Надо ли продолжать?
— Не думаю, — ответил майор.
— Ему все сразу становится ясно, — продолжил тем не менее Хевиленд. — В Макао ни у одного тайпана не убивали молодой жены. Зато имеется некий весьма способный штаб-офицер

английской разведслужбы, успешно сыгравший роль тайпана, на одну ложь нагромоздивший другую, как бы в продолжение первой. Он узнает таким образом, что снова стал марионеткой в руках правительства и что для того, чтобы бесцеремонно манипулировать им, с ним поступили самым бесчеловечным образом, похитив у него жену. Ум, майор, — это тонкий инструмент, а его ум — особенно: он более совершенен, чем у большинства людей. Только такой мозг смог выдержать столь сильную нагрузку. Я даже не хочу думать о том, на что он способен и на какие крайние меры мог бы вынудить нас пойти.
— Это всегда было самым слабым местом в сценарии, и одновременно его краеугольным камнем, — проговорил Лин.
— «Измысленная ловко фраза! — молвил Мак-Эллистер, цитируя, очевидно, кого-то. — Лишь немногие насильственные акты мести созвучны такой известной формуле, как око за око»… Итак, что еще скажете вы нам, Лин?
— Если это так, то вам не следовало бы брать меня на роль вашего тайпана, — заявил майор. — Обстановка в Гонконге крайне напряженная, а вы связали меня по рукам и ногам.
— Мы все находимся в столь же сложном положении, что и вы, — мягко посетовал Хевиленд. — Только на этот раз нас предупредили. Что же касается роли тайпана, то кому еще могли бы мы поручить ее, Лин? Недаром же это вас, зарекомендовавшего себя с наилучшей стороны ведущего сотрудника особого отдела английской разведки, направил сюда Лондон для выполнения исключительно секретного задания, о котором вначале вам было сказано так мало по сравнению с тем, что вы узнали теперь… Установите свой наблюдательный пост в диспетчерском пункте аэропорта: стекла там тонированы.
Верзила майор повернулся и молча вышел из комнаты.
— Разумно ли, что он отправился туда? — спросил Мак-Эллистер после того, как они вместе с послом и Кэтрин Стейплс проводили взглядом китайца.
— Конечно, — ответил искусный в тайных операциях дипломат.
— Я провел здесь несколько недель с этим представителем особого отдела МИ-6, — произнес торопливо государственный советник. — В прошлом он