Превосходство Борна

ЦРУ. — Я не только не послал отчет с оценкой твоих действий, но даже позволил тебе снова взять меня под наблюдение. Скажи мне лучше спасибо, вместо того чтобы оскорблять.
— Дерьмо!
— Что ты рассказал им там, в офисе?
— Что мог я рассказать? Что, видит Бог, на меня напали.
— И сколько же было нападавших?
— Не менее пяти человек. Это были панки. Из «чжунгожэней».
— И ты, если бы стал отбиваться, мог бы привлечь мое внимание, не так ли?
— Именно так, — согласился тихо Ричардс.
— А когда я позвонил тебе, то конечно же белого хромого человека засек один из твоих уличных агентов?
— Точно.
— Может быть, ты даже получишь повышение.
— Я просто хочу уйти на пенсию.
— И уйдешь.
— Едва ли, если ты не отстанешь от меня.
— Выходят, здесь сам старина Хевиленд?
— Я не говорил тебе об этом! О нем писали в газетах.
— Об особняке на пике Виктория не писали в газетах, Мэт: ведь это строго засекреченный объект.
— Вот что, услуга за услугу! Если не будет никаких вшивых рапортов о том, как ты меня прижал ботинком, в котором не было ноги, то ты получишь адрес. И помни, в случае чего я буду все отрицать. Скажу, что ты получил его на Гарден-роуд. Из консульства через одного моряка.
— Хевиленд, — произнес в раздумье Алекс. — Пожалуй, это он. Постоянно якшается с англичанами, даже говорит как они… О Господи, я должен был узнать его голос!
— Голос? — спросил сбитый с толку Ричардс.
— Да, по телефону. Еще одна страница сценария… Это был Хевиленд! Он бы никому не доверил это!.. «Мы упустили ее»… Боже, он и меня одурачил!
— Одурачил?
— Забудь об этом.
— С удовольствием.
К дому на противоположной стороне улицы подъехал автомобиль и остановился. Отворилась задняя дверца, и из машины вышла женщина. В свете уличных фонарей Конклин узнал Кэтрин. Она кивнула водителю, повернулась и направилась к толстым стеклянным дверям парадного входа.
Внезапно послышался громкий рев автомобильного двигателя, и длинный черный седан, выскочив откуда-то сзади, резко затормозил рядом с машиной Стейплс. Раздались автоматные очереди. Пули выбили окна автомобиля, в котором приехала Кэтрин, и размозжили голову водителя. По тротуару разлетелись стеклянные крошки. Изрешеченные парадные двери также рассыпались окровавленными осколками, а тело Кэтрин Стейплс было пригвождено к косяку свинцовым градом.
Взревев, черный седан рванул вперед по темной улице, оставив позади себя лужи крови и два изувеченных тела.
— Господи! — вскричал человек из ЦРУ.
— Гони отсюда! — приказал Конклин.
— Куда? Скажи же, ради Бога, куда?
— На пик Виктория.
— Ты что, с ума сошел?
— Со мной-то все в порядке, но кто-то действительно рехнулся. Некий сукин сын голубых кровей крепко влип. Теперь уж ему не отвертеться. И первым, кто скажет ему об этом, буду я. Давай же, трогай!

Борн остановил черный шанхайский седан на темном, пустынном, окаймленном деревьями участке дороги и развернул карту. Если верить ей, он уже проехал Восточные ворота Летнего дворца: на этих землях у озера Кунминг и в самом деле располагались некогда в окружении скульптурных изображений особняки царствующей семьи. Проехав затем вдоль берега к северу, пока разноцветные огни обширных императорских земель не скрылись из виду, и шоссе не погрузилось в темноту, он вновь нажал на тормоз и, выключив фары, вышел из машины с упакованными в водонепроницаемый мешок покупками, которые положил у придорожных деревьев. Попробовал каблуком копнуть землю. Почва, к счастью, была мягкой, Что не только облегчало его задачу, но и позволяло ему сэкономить время в условиях, когда он должен был торопиться: ведь опасность того, что взятую им напрокат машину станут разыскивать, была реальной. Порывшись в рюкзаке, Джейсон вытащил пару рабочих перчаток и охотничий нож с длинным лезвием и, опустившись на колени, выкопал яму, достаточную для того, чтобы спрятать в ней мешок. Потом сделал на стволе ближайшего дерева глубокую, до белой древесины зарубку, бросил нож и перчатки в мешок, кинул его на дно ямы и засыпал ее. Вернувшись к машине, проверил наличие горючего и завел мотор. Если на карте расстояния и в этих местах показаны так же точно, как в тех районах Бэйдцзина и ближайших его окрестностей, которые для проезда закрыты, то до заповедника Дзин-Шань оставалось не более трех четвертей мили.
Карта оказалась точной. Два прожектора освещали высокие, зеленого цвета металлические ворота, увенчанные огромными щитами с изображением ярко раскрашенных