Превосходство Борна

пальцы и нервно потер лоб.
— Из того, что известно нам и что было подтверждено Лондоном всего лишь пять часов тому назад, невольно напрашивается вывод о том, что ваш муж стал мишенью: кто-то хочет его убить.
Уэбб выпрямился в кресле.
— И этот «кто-то» — отнюдь не Карлос, он же Шакал, — высказал Дэвид свое мнение.
— Думаю, вы правы. Во всяком случае, насколько мы можем судить по имеющимся у нас данным, он здесь ни при чем.
— Ну и что из этого следует? — спросила Мари, присев на подлокотник кресла Дэвида. — И что вообще удалось вам выяснить?
— Покойный ныне сотрудник МИ-6 хранил в своем офисе в Коулуне немало секретных бумаг: за каждую из них дали бы в Гонконге хорошую цену. Однако исчезло только досье из «Тредстоун», содержавшее материалы, касающиеся Джейсона Борна. Об этом нам сообщили из Лондона. Тем самым организаторы похищения как бы дали понять: нам нужен лишь один человек, Джейсон Борн.
— Но почему? — вскрикнула Мари, вцепившись в запястье Дэвида.
— Потому, что кто-то когда-то был убит, — ответил спокойно Уэбб. — И кто-то еще хочет теперь рассчитаться за это.
— Эту-то версию мы и проверяем, — подхватил Мак-Эллистер. — И уже добились кое-чего.
— Но кто же был тот убитый? — поинтересовался бывший Джейсон Борн.
— Перед тем как вам ответить, мне хотелось бы ввести вас в курс дела: практически все, чем мы располагаем на данный момент, с превеликим трудом раздобыто в Гонконге нашими людьми. Говоря откровенно, многое тут строится на догадках. Прямых свидетельств у нас нет.
— Кого вы имеете в виду под «нашими людьми»? И куда смотрели эти чертовы англичане? Это же им вы отдали досье из «Тредстоун»!
— Я не мог поступить иначе: они представили нам доказательства того, что убийцей был человек, носивший имя, использованное нами при осуществлении разработанной в «Тредстоун» операции. Короче, его звали так же, как и вас в свое время. Будучи не в состоянии идентифицировать упомянутое в материалах лицо, англичане поневоле обратились за помощью к нам. Наши люди немало потрудились после гибели английского разведчика, пытаясь выявить все его связи: они полагали, что убил бедолагу резидента один из его осведомителей. Ребята собирали распространившиеся по Макао слухи, которые, как оказалось, содержали и правдивые сведения…
— Я еще раз спрашиваю вас: кто же был тот убитый, за которого мне собираются мстить? — прервал Мак-Эллистера Уэбб.
— Жертвой в тот раз стала женщина, — произнес сотрудник Госдепартамента. — Жена гонконгского банкира по имени Яо Мин, тайпана, чей банк — лишь малая толика его состояния. Принадлежащая ему собственность столь велика, что его многократно приглашали в Пекин, где он выступал в роли инвестора и консультанта. Он пользуется огромным влиянием, и встретиться с ним не так-то легко.
— И как же произошло это убийство?
— При отвратительных, но вовсе не столь уж необычных обстоятельствах. Супруга Яо Мина, посредственная актриса, снимавшаяся во многих местных фильмах, была намного моложе своего мужа и страстностью своей напоминала норку во время течки, — простите меня за подобное сравнение…
— Ничего, продолжайте, пожалуйста, — сказала Мари.
— Однако он относился к ней по-иному: она, молодая, красивая, была для него всего лишь радующей взор игрушкой, вносящей некое разнообразие в привычный строй суматошной жизни в колонии, чей «высший свет» не отличается особой нравственностью. Один уик-энд тамошние толстосумы проводят в Макао, где играют по самым высоким ставкам, а на следующей неделе они уже наблюдают за скачками в Сингапуре или летят на Пескадоры

, чтобы развлечься в подпольных опиумных притонах, служащих и местом состязаний в стрельбе из пистолетов: там они заключают пари на баснословные суммы, стараясь заранее предугадать, кто именно из партнеров по игре с неизменно смертельным исходом, сидящих за столиком напротив друг друга, сумеет быстрее зарядить свое оружие и поразить соперника. И, конечно, не обходится и без наркотиков, пользующихся у них большим спросом. Последним любовником жены Яо Мина был торговец этими снадобьями. Товар доставляли ему из Гуанчжоу, как называется ныне Кантон.

Тайный маршрут пролегал по Глубокому заливу, вдоль восточной границы Лок-Ма-Чу.
— Поговаривали, будто этим путем пользуются многие торговцы наркотиками, — вставил Уэбб. — Но почему ваших людей заинтересовал вдруг этот субъект и род его занятий?
— Род его занятий, как вы изволили выразиться, привлек к себе наше внимание лишь потому, что довольно быстро сей делец стал по существу