Превосходство Борна

в собственной ярости, без которой угасла бы его жизнь.
— Давай! — прошептал Дельта, перекидывая через стену правую ногу и сталкивая убийцу вниз, и, пока тот находился в «свободном полете», прыгнул и сам. Коснувшись земли, Борн тут же схватил за плечи коммандос, который, еще не придя в себя после падения, держался руками, за колени. Как только самозванец выпрямился, Джейсон затащил его в укромное местечко — в решетчатую беседку, оплетенную ветвями роскошной бугенвиллеи высотой футов в шесть.
— Вот твое оружие, майор, — произнес настоящий Джейсон Борн, протягивая лже-Борну пистолет. — Но ты по-прежнему будешь находиться у меня под прицелом, не забывай об этом.
Убийца выхватил из рук Дельты оружие и, сняв повязку со рта, закашлялся, разбрызгивая слюну. Вновь загремели выстрелы. Пули срезали листья и ветки деревьев, произраставших вдоль каменной ограды.
— Твое небольшое выступление не принесло желательных результатов, не так ли?
— Говоря откровенно, я и не ожидал иного. Дело в том, что им нужен ты, а не я. Меня теперь надлежит пустить в расход. Так было задумано с самого начала. Доставив тебя сюда, я тем самым подписал себе смертный приговор. Мою жену уже убили: она не могла не знать, кто они, поскольку служила им приманкой, на которую эти люди рассчитывали изловить меня. Меня же должны уничтожить потому, что, как стало известно им, я выявил связи между некоторыми видными в Пекине фигурами. Угроза кровавой бани заставила этих людей обратить на тебя особое внимание, майор. Мегатонная бомба может снести с лика земли весь Дальний Восток и снесет непременно, если здравые головы на Тайване не вычислят и не уничтожат сумасшедших твоих клиентов. Больше я не стану барахтаться в этой грязи. Сами играйте в ваши проклятые игры и взлетайте на воздух, если угодно. Я же хочу лишь одного — проникнуть в этот дом.
Группа морских пехотинцев с карабинами, готовыми к бою, бежала вдоль стены. Дельта вытащил из рюкзака вторую пластиковую бомбу, поставил миниатюрный таймер на десять секунд и швырнул взрывное устройство к дальней стене сада, где не было солдат.
— Пошли! — приказал Джейсон Борн, вдавливая пистолет в позвоночник убийцы. — Ты идешь впереди! По дорожке, ведущей к дому.
— Дай мне тоже взрывчатку! Эту чертову пластиковую бомбу!
— Не вижу в этом необходимости.
— Боже, ты же сам говорил, что дашь мне «хлопушку»!
— Значит, я либо лгал тогда, либо изменил свое решение.
— Но почему ты не хочешь дать мне ее? Чего тебе бояться?
— Сейчас объясню. Обещая дать тебе пластиковую бомбу, я не знал, что здесь так много парней. Однако этой штукой ты можешь убить их с десяток, скольких же покалечишь — и не сосчитать.
— Не поздновато ли задумал ты стать примерным христианином?
— Подобные вещи меня никогда не прельщали. Но я знаю, кто мне нужен, а кто — нет. У меня нет никаких претензий к парням в отглаженных солдатских рубашках. Зато хотел бы я добраться до типов, засевших в…
Но Борну не удалось закончить фразу: у задней стены, ограждавшей усадьбу, примерно в сорока ярдах от них, раздался оглушительный взрыв. Деревья, кусты, целые клумбы с цветами и комья земли взметнулись ввысь калейдоскопом красок, в которых преобладали зеленый и коричневый цвета. Жаркие лучи прожекторов осветили и носившуюся в воздухе серую пыль, вполне заменившую собою дымовую завесу.
— Пошел! — прошептал Дельта. — Беги к концу изгороди — это примерно в шестидесяти футах от дома. Там увидишь ворота…
В саду вновь началась беспорядочная пальба из винтовок. Борн, осознавая с гневом свою неспособность что-либо изменить, закрыл в отчаянии глаза. Эти солдаты были детьми. Они стреляли вслепую, из страха, поражая воображаемых демонов, но не цели. И убеждать их не делать этого было бесполезно: они бы все равно не послушали.
Еще одна группа морских пехотинцев, возглавляемая несомненно опытным офицером, заняла позицию у входа в особняк. Бойцы стояли на равном расстоянии друг от друга. Ноги слегка согнуты, ступни вдавлены в землю на случай отдачи во время выстрела, карабины взяты на изготовку. Это сановники из конспиративного особняка выставили заслон из «преторианской гвардии».
Дельта снова полез в рюкзак и, порывшись в своем арсенале, вытащил одну из двух приобретенных им в Монгкоке ручных зажигательных бомб. Корпусом, круглым, покрытым плотным пластиком, она напоминала гранату. Ручка длиной в пять дюймов позволяла бросить этот снаряд довольно далеко и к тому же точно в цель. Но швырнуть умело взрывное устройство — это еще полдела: требовалось также и безошибочно рассчитать время, что объясняется особенностью данного вида оружия. Пластик перед метанием удаляется с корпуса,