Превосходство Борна

Борн взвел курок своего автоматического пистолета. То же самое проделал и убийца, но уже с метательным устройством.
— Посмотрим-ка, что там! — изрек самозванец, протягивая осторожно левую руку к рюкзаку, висевшему у правого бедра Дельты. Глядя противнику в глаза, убийца ощупал в нескольких местах брезент и затем столь же осторожно убрал руку. — Учитывая, что в кровавой книге судеб и так немало головоломок, никто даже не упомянет никогда о пронизывающем нашу жизнь обмане, за исключением, пожалуй, лжесвидетелей, что, в общем-то, не меняет сути. Забавно, но, как полагаю я, ты принимаешь свою оплошность слишком близко к сердцу. В сумке у тебя — малокалиберный автоматический пистолет и, судя по очертаниям, два или три магазина. В каждом — не менее пятидесяти патронов.
— Всего лишь по сорок, если быть точным.
— Достаточно, чтобы вволю погрохотать! Эта маленькая вещичка поможет мне унести подальше отсюда ноги. Достань же оружие! Сию минуту! А иначе один из нас отправится сейчас в мир иной.
Земля дрогнула от взрыва пятой пластиковой бомбы. Убийца от неожиданности мигнул, дав Борну желанный шанс. Выстрел Дельты отбросил в сторону ствол нацеленного на него метательного устройства и ожег пулей левый висок противника.
— Сукин сын! — прохрипел самозванец и завалился на левый бок. Джейсон, придавив коленом его руку, забрал метательный механизм.
— Ты просил о быстрой смерти, майор, — произнес Борн, между тем как шумное действо вокруг викторианского дома достигло апогея. Отряду пехотинцев, толпившемуся у развороченной взрывом садовой ограды, поручили двинуться в дальний участок усадьбы. — Ты и впрямь невзлюбил себя? Но идея твоя неплоха: в самом деле, нечего было хранить гостинцы в сумке.
Борн развязал рюкзак и при свете пламени, перебравшегося уже на второй этаж особняка, вытряхнул на землю его содержимое: зажигательную бомбу, пластиковое взрывное устройство и, как довольно точно определил убийца, пистолет «МАК-10». Вставив магазин — один из четырех — в грозное оружие, остальные три он засунул за пояс. Затем поставил на предохранитель метательный механизм и проверил баллон. Слезоточивый газ должен был помочь Джейсону спасти жизнь этим малолеткам в униформе, приговоренным к смерти извечным эгоизмом властей предержащих. Не обделил Дельта вниманием и зажигательную бомбу. Сорвав с нее пластиковую оболочку, он швырнул снаряд изо всех сил в верхний край полукруглой деревянной панели над застекленными дверями, и тот накрепко пристал к ровной поверхности. А еще через мгновение в камень справа от парадного входа врезался баллон с газом и, разлетевшись вдребезги, укутал людей удушливыми клубами пара. Солдатам было уже не до оружия: они ожесточенно терли опухшие, в слезах глаза и пытались прикрыть от ядовитого дыма воспалившиеся ноздри.
Взорвавшись, вторая брошенная Борном зажигательная бомба покорежила элегантный викторианский фасад, разворотив его верхнюю секцию. Дверные стекла были выбиты, обломки стены на втором этаже нависли угрожающе над крытой черепицей верандой. Пламя, взметнувшись к крыше особняка, скользнуло внутрь здания, пожирая занавески и портьеры в стремлении довершить содеянное первым зажигательным снарядом.
Морские пехотинцы, налетая друг на друга, метались в панике из стороны в сторону. Спасаясь от огня, они попали в облако слезоточивого газа. Кое-кто из них побросал карабины. И все они задыхались от кашля.
Дельта пригнулся. В руке у него был многозарядный пистолет, рядом с ним находился убийца. Вот он, благоприятный момент! Сумятица царила несусветная. Облако газа у входа в здание рассеивалось жарким пламенем. И, как только воздух очистится, — а ждать этого осталось совсем недолго, — он, Борн, сможет броситься в бой. На то, чтобы разыскать своих недругов, ему не потребуется много времени. Руководители тайной операции, для проведения которой потребовалось засекретить дом на территории, принадлежащей иностранному государству, не покинут своего убежища по крайней мере по двум причинам. Первая заключалась в том, что они не имели ни малейшего представления ни о численности, ни о дислокации обрушившегося на них противника, и, выйдя из здания, эти субъекты рисковали попасть в плен, а то и погибнуть. Вторая была более обыденной. Как научили их события в Тегеране, документы не просто следует уничтожить, — скажем, порвать, — а сжечь. Распоряжения, личные дела, служебные донесения, черновые материалы — все должно исчезнуть, словно ничего этого и не было никогда.
Сирены выли все громче. Еще минута бешеной гонки по горной круче, и машины подкатят к усадьбе.
— Отсчет времени начался, — произнес Борн, устанавливая таймер на последней