Превосходство Борна

Неужто это и есть тайпан?
Джейсон изучил беспорядочный ряд лестниц, по одной из которых и спустился вниз этот человек. Поскольку шаги зазвучали совсем недавно, незнакомец должен был воспользоваться или третьей лестницей по левую сторону улицы, или четвертой — по правую: обе они располагались не более чем в шестидесяти — семидесяти футах от Борна. В одной из квартир, попасть в которую можно было только по лестнице, тайпан уже ждал своего гостя. Борну оставалось лишь выяснить, какая из лестниц вела туда и на каком этаже размещалась квартира. Тайпана необходимо было чем-то поразить и, более того, повергнуть в шоковое состояние. Чтобы он понял, с кем имеет дело и во что это обойдется ему.
Джейсон снова двинулся в путь, теперь уже пьяной походкой. В голову ему пришли слова старой народной песни на мандаринском наречии.
— Мо ли хуа ченг чжан юэ виу е!

— негромко запел он, приближаясь к проститутке. И затем произнес весело, хотя и заплетающимся языком, на китайском: — У меня есть деньги, а у тебя, красавица, есть то, что нужно мне. Куда пойдем?
— Никуда, алкаш поганый! Вали прочь!
— Подайте! — завизжал безногий нищий, стуча колесами тележки по булыжнику улицы, и, накренив тело, повернул к стене. — Подайте!
— Чжау!

— завопила женщина. — Убирайся отсюда, покуда я не сбила никчемное твое тело с этой доски, Ло Ми! Сколько раз говорила я тебе, чтобы ты не лез в мои дела!
— Неужто у тебя и впрямь дело с этим дешевым пьянчужкой? Я предложил бы тебе кое-что получше!
— Какие у меня с ним дела, дорогуша! Он просто привязался. Я жду кой-кого другого.
— Тогда я отрежу ему ноги! — закричал выглядевший довольно карикатурно скандалист, доставая откуда-то со своей доски огромный нож.
— Что ты, черт возьми, делаешь? — заорал Борн по-английски и пнул ногой нищего в грудь.
Эти полчеловека вместе с доской отлетели к противоположной стене.
— На свете еще существуют законы! — закричал нищий. — Ты напал на калеку! Ты грабишь немощного!
— Можешь подавать на меня в суд, — сказал Джейсон и, когда нищий с грохотом покатил на своей тележке вниз по улице, повернулся к женщине.
Та уставилась на него в изумлении:
— Ты говоришь… по-английски?
— Да. Как, впрочем, и ты, — ответил Борн.
— Хоть ты и говоришь по-китайски, но, выходит, ты не китаец?
— В душе, наверное, я все же китаец. Это тебя я ищу.
— Так ты — тот самый человек?
— Верно.
— Я отведу тебя к тайпану.
— Не надо. Скажи лишь, по какой лестнице и на какой этаж подняться.
— Мне были даны иные указания.
— А потом тайпан передумал. Ты спрашивала у кого-нибудь, не изменил ли он своего решения?
— Все поручения он дает нам через своего доверенного человека.
— Через маленького «чжунгожэня» в темном костюме?
— Да. Это он здесь всем распоряжается. И платит нам от имени тайпана.
— И кому же конкретно он платит?
— Об этом спроси его самого.
— Тайпана очень интересует этот вопрос. — Борн залез в карман и вытащил пачку сложенных банкнот. — Он велел мне выдать тебе дополнительное вознаграждение, если ты выразишь готовность сотрудничать со мной. Хозяин хотел бы выяснить, не обманывает ли его этот доверенный.
Прислонившись спиной к стене, женщина глядела попеременно то на деньги, но на лицо Борна.
— Если ты обманываешь меня…
— К чему мне лгать? Ты же сама знаешь, что тайпан пожелал встретиться со мною. Разве не велели тебе провести меня к нему? И это он сказал мне, чтобы я вырядился вот в эту одежду, разыскал тебя, прикинувшись пьяным, понаблюдал за его человеком. Откуда еще мог бы я узнать о тебе, как не от него?
— Ты же был наверху, на рынке. И мог там с кем-то встретиться.
— Я не был там. Пошел прямо сюда, вниз. — Джейсон вынул из пачки несколько банкнот. — Мы оба работаем на тайпана. Он хочет, чтобы ты взяла деньги и исчезла, но наверх на улицу ты не должна идти.
Он протянул деньги.
— Тайпан такой добрый! — проронила проститутка, потянувшись за деньгами.
— По какой же лестнице мне подниматься? — спросил Борн, отодвигая деньги. — И на какой этаж? Я ведь не знаю, где тайпан.
— Иди вон туда, — ответила женщина, указывая на дальнюю стену. — Третья отсюда лестница, второй этаж. А теперь давай деньги.
— Кому платит доверенный? Говори быстрее!
— На рынке у него ведьма, продающая змей, старый вор, торгующий цепочками под золото, поступающими сюда с севера, и мужик, готовящий в грязном котле тухлую рыбу и вонючее мясо.
— И это — все?
— Нет. А про меня-то ты что, забыл?