Превосходство Борна

аренды. Это было все, что знали в консульстве. Однако ряд сотрудников особого отдела британской разведки МИ-6 обладал более подробной информацией, чем это сочли бы целесообразным их коллеги и чем это было санкционировано Лондоном. Но и те, пусть и более полные данные, которыми располагали они, тоже были ограничены кругом их непосредственных профессиональных интересов, который определялся все в том же Лондоне. Самые высокие должностные лица обоих правительств, включая особо секретных советников президента и премьер-министра, пришли к заключению: любая утечка информации об истинном предназначении особняка в районе пика Виктория может привести к катастрофическим последствиям для Дальнего Востока и всего мира. Это был исключительно секретный объект, где располагались штаб-квартиры различных агентурных групп, ведавших разработкой и проведением тайных операций, столь сложных в организационном плане, что даже президент и премьер-министр были осведомлены только о некоторых их деталях и преследуемых ими целях.
Едва небольшой седан затормозил у ворот, как тотчас вспыхнули огни мощных прожекторов, ослепив водителя, вынужденного даже прикрыть руками глаза от яркого света. Двое стоявших на посту морских пехотинцев с обеих сторон приблизились к автомобилю, держа оружие наготове.
— Вам следовало бы уже запомнить эту машину, ребята! — произнес, высовываясь в окошко, здоровяк азиат в белом шелковом одеянии.
— Мы знаем эту машину, майор Лин, — ответил младший капрал слева. — Мы хотели лишь удостовериться, кто за рулем.
— Кто бы мог тут сработать под меня? — пошутил верзила майор.
— Человек-Гора, сэр, — ответил морской пехотинец справа.
— О да, вспоминаю. Это — один американский борец.
— Мой дедуля любил о нем рассказывать.
— Вот и отменно, сынок! Значит, тебе было бы о чем поговорить со своим дедком. Ну как, можно мне проехать или я арестован?
— Только вот отвернем прожектора и сразу откроем ворота, сэр, — сказал первый солдат. — Между прочим, майор, большое спасибо вам за адрес того ресторанчика в Ванхае. Классно провели там времечко и не так уж потратились.
— Но, увы, вы не видели там Сюзи Вонг.
— Кого-кого, сэр?
— Да так, не важно. Займитесь воротами, ребята, будьте добры!
Внутри особняка, в библиотеке, соединенной с кабинетом, сидел за столом государственный советник Эдвард Ньюингтон Мак-Эллистер и изучал в свете настольной лампы какое-то досье, делая время от времени пометки на полях напротив заинтересовавших его мест в документах и докладных записках. Он целиком ушел в это занятие. Но когда зажужжал сигнал селекторной связи, ему поневоле пришлось оторвать взгляд от бумаг и протянуть руку к телефону.
— Да? — Выслушав сообщение, он распорядился: — Само собой, пропустите его!
Мак-Эллистер положил трубку и, с карандашом в руке, вновь взялся за лежавшее перед ним досье. На всех без исключения страницах, которые он просматривал, неизменно повторялись на одном и том же месте наверху одни и те же слова: «Совершенно секретно. КНР. Внутренние дела. Шен Чу Янг».
Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился верзила майор Лин Вензу из особого отдела британской разведки в Гонконге МИ-6.
— Все по-прежнему, не так ли, Эдвард? — улыбнулся он зарывшемуся в бумаги Мак-Эллистеру. — Где-то среди этой писанины затерялась та ниточка, за которую неплохо бы нам ухватиться.
— Думаю, я ее отыщу, — ответил государственный советник, безостановочно вороша бумаги.
— Наверняка отыщете, мой друг, что бы это ни было.
— Простите, займусь вами через пару секунд.
— Не спешите, — успокоил его майор, снимая золотые «Ролекс» и запонки. Положив их на стол, он произнес с юмором: — Так жаль возвращать их обратно! Они делали еще более импозантной мою и без того импозантную внешность. Но заплатить за костюм вам все же придется, Эдвард. Он не очень подходит для моего гардероба, хотя для Гонконга вполне приемлем, если даже в него облачится красавчик моей комплекции.
— Да-да, конечно, — молвил рассеянно советник, поглощенный своими мыслями.
Майор Лин уселся в легкое темное креслице перед столом и едва ли не минуту хранил молчание. На большее, однако, его не хватило.
— Не могу ли чем-нибудь вам помочь, Эдвард? — спросил он. — Или, попросту, нет ли у вас для меня какой-нибудь работенки? Неужто так ничего и не найдется?
— Боюсь, что мне нечего предложить вам, Лин. И это — абсолютная правда.
— Рано или поздно, но вам придется со мной заговорить. Так же, как и нашему начальству в Лондоне. Оно знай лишь приказывает: «Делайте, что он велит». Или: «Записывайте содержание всех бесед и полученные