Презумпция виновности

вчерашний «Лексус» от сегодняшнего «Инфинити» отличить смогла. Ну, в том, что карета у него не одна, она как-то не сомневалась, но уже немного привыкла к предыдущей.
   — Что-то не так? — Даниил пристегнул ремень безопасности, но заводить двигатель не спешил.
   — Да нет, все нормально. А где Артем?
   — У него сегодня выходной.
   Странно, такое простое объяснение почему-то не пришло в голову. Он же нормальный человек, у которого есть своя жизнь, а не только бдение над его «Дан Санычем».
   — Ясно, — взгляд зацепился за пластырь на его указательном пальце. Н-да уж, как прочно вошла в роль его медсестры, то колени вправляет, то порезы промывает и заклеивает. Но это почему-то совершенно не тяготило. Вдвойне странно.
   — Не волнуйся, в столб не въедем, — Астахов хмыкнул, выводя машину со двора.
   — Да в этом и не сомневаюсь. А где охрана?
   Даниил немного помолчал, прежде, чем ответить.
   — Неподалеку. Но глаза мозолить не будут.
   Поначалу Соня даже не поняла смысла его ответа. Почему они не держатся поблизости — ведь сами ещё недавно были на осадном положении? Или передушили всех врагов, как Шариков — кошек?
   Смысл его слов дошел уже, когда машина притормаживала перед поворотом к торговому центру.
   — Подожди… Это из-за меня? — она даже потянулась, схватившись за его локоть, когда Даниил наклонился, чтобы открыть дверцу. Нулевой этаж парковки, тускло освещенный флуоресцентными лампами, был почти пуст. Да и кто ездит за покупками в начале рабочей недели?
   — Не переживай, они профессионалы, если ты их не видишь, это не значит, что рядом никого нет, — он легонько погладил её по пальцам, которыми Соня продолжала держаться за его руку.
   — Я понимаю, но… Слушай, если это необходимо, пусть подойдут ближе, ничего страшного, — Маркевич уже и сама не знала, зачем завела этот разговор, и как теперь избавиться от чего-то, смутно напоминающего чувство вины. — Раздражают не они, а сам факт, что меня пытаются изучать, как какую-то редкую козявку. Терпеть не могу, когда в спину смотрят с жадным любопытством.
   — Никто из ребят на тебя так не смотрит, — интересно, она сама заметила, что говорит почти шепотом, поэтому они сидят, наклонившись друг к другу и почти касаясь лбами? — Если возникнет какая-то нехорошая ситуация, они сразу помогут. Только лучше больше не укорачивай путь через гаражи, — хоть сказал он это и с улыбкой, но панику в тоне парня, который сегодня днем «вел» Золотце, хорошо запомнил.
   — Уже донесли… — может, она погорячилась с сочувствием к охранникам?
   — Да. Только помни один момент — они не следят, а присматривают.
   На соседнем парковом месте приткнулась какая-то машина, и стук её двери, смутно слышный даже сквозь звукоизоляцию, заставил Соню отшатнуться.
   — Там короткий путь, — и сама на себя разозлилась. Получается, что она оправдывается.
   — Знаю, — Даниил уже вышел из авто и теперь открыл дверь с её стороны. — Мы с Димкой постоянно срезали так дорогу до школы.
   — Вы жили в этом доме? — разговор так неожиданно свернул на ни разу не затрагиваемую тему, что Маркевич не смогла сдержать любопытства.
   — Нет, не в этом. Окна кухни выходят на девятиэтажку. На её месте стоял дом, в котором мы родились и выросли. Его снесли лет десять-двенадцать назад.
   Эскалатор с каким-то почти нежным, едва слышным жужжанием поднял их на первый этаж. Негромкая восточная музыка заглушалась гомоном голосом и периодическими визгами детей, которые, шлепая ладошками по поверхности воды, пытались привлечь внимание крупных золотых карпов, важно плавающих в чем-то, вроде мелкого пруда посреди торгового зала.
   — Вы тогда жили там? — наверное, это страшно и грустно, когда место, которое ты привык считать своим родным, просто уничтожают…
   — Нет, к тому времени и я, и Димка оттуда уже переехали, — неудивительно, если учесть, что отчий дом больше напоминал барак, чем нормальное жилище. Даниил кивнул на раздвижные двери магазинчика, со сплошь заставленными хрусталем полками. — Нам туда.
   — И зачем мне ваза, сравнимая по стоимости со средней зарплатой в нашем городе? — Соня притормозила, не собираясь пересекать порог бутика. — Тем более, что я терпеть не могу всякую резьбу по стеклу, его потом мыть замучаешься.
   — Ладно, какая тебе нужна? — ему было интересно, чем это Золотцу не угодил «МАТЕО»?
   — Обычная, — девушка попыталась жестами показать контуры желанной посудины. — Просто прозрачная, в форме цилиндра.
   — Где ж я тебе тут такую возьму?
   — Ладно, проехали, сама потом выберу. Пусть пока в бутылке стоят, — Соня оглянулась, пытаясь припомнить, что здесь есть ещё интересного.