Презумпция виновности

что боялась попасть под его обаяние, просто они свернули на ещё незаконченную дорожку, присыпанную песком, что обутую в сандалии девушку не порадовало. — Нельзя ли чуть помедленнее? Мне неудобно идти.
   — Любой каприз… — Астахов чуть укоротил шаг, прекрасно видя, что она на самом деле не успевает, да ещё и смешно дрыгает ногами, пытаясь вытряхнуть насыпавшийся в обувь песок. — Но учти — попробуешь сейчас сбежать, твоему суженому-ряженому станет очень плохо и больно. Вне зависимости от того, получится у тебя или нет.
   Черт, а вот это уже совсем плохо. Хотя… Если бы Кирилл был у него, она бы его заметила — не стали бы так рисковать, просто запустили бы парня, как приманку.
   Но от идеи ударить Астахова ребром ладони по шее, и сбежать, пока он будет хвататься за горло, пытаясь вдохнуть, пришлось отказаться. Потому как есть вероятность, что Кир все-таки тоже попал в плен.
   — Я не буду никуда бежать. Что вы собираетесь с нами делать? — перестав изображать колченогую, Соня ускорилась, но старалась к Даниилу не прижиматься. Тот же, как назло, только ещё более трепетно и осторожно придерживал под ручку.
   — Об этом поговорим позже, мы опаздываем на рейс. И так из-за охоты на тебя потерял много времени, пора уделить внимание и другим делам, — мужчина, одарив ещё одной улыбкой, повел её на выход из парка.
   На стоянке, где приткнулось несколько автомобилей и семь человек, Маркевич попала под прицельный обстрел взглядами. Причем, эмоции они выражали самые разные — от вежливой заинтересованности до плохо скрываемой враждебности. Особенно в этом смысле отличился один мужик, в котором Софья сразу узнала брата Даниила. Тут не ошибешься, очень похожи, хотя младший немного смазливее. Но по тому, как он осмотрел её с головы до ног, сразу стало понятно — у него к ней большие претензии. А ему-то на какую мозоль наступила?!
   Но задаться этим философским вопросом она не успела — начальство скомандовало «По коням», и Соню с некоторой поспешностью сунули на заднее сиденье машины. Тут же мелькнула мысль удрать через другую дверь, пока Даниил устраивался справа от неё, но девушка почти сразу оказалась зажата между братьями. Ещё чего не хватало… Моральный прессинг, что ли? Или они решили сходу поиграть в доброго и злого следователя?
   Задать этот вопрос она не рискнула, предпочтя затаиться и попытаться усохнуть. Но и этой малости её лишили.
   — Оставь кого-нибудь здесь, чтобы отловили Суханова, мы возвращаемся домой, — Даниил подмигнул напрягшейся Соне. — Я же не говорил, что он у меня.
   — И я этому, откровенно говоря, рада.
   Решив, что нервы нужно беречь, девушка прикрыла глаза и всю дальнейшую дорогу усиленно симулировала полное погружение в себя. Хотя и не забывала периодически посматривать сквозь ресницы, отмечая, что едут они к аэропорту. Не очень хорошо. Если бы это был железнодорожный вокзал, вероятность привлечь внимание намного больше. Здесь же, скорее всего, будет ВИП-зал, сотрудники которого и не посмотрят на некоторое нежелание девушки улетать. А ведь, если пытаться сбегать, то делать это нужно здесь — второй раз выбраться из Владивостока ей просто не позволят. Значит, нужно попытаться сделать это в самое ближайшее время. Но и изображать приступ дурноты тоже не выход — не поверят, зато утратит преимущество, выставив себя трусихой. Это раньше, до побега можно было кивать на собственную никчемность, а теперь только потеряет уважение противника, скатившись до такого убогого спектакля.
   Авто притормозило у какой-то неприметной дверцы, и Соня, ни единым жестом не показывая внутреннего напряжения, приготовилась демонстрировать спортивные рекорды по скорости и изворотливости. Сейчас будет самый удобный момент — охрана осматривается, выясняя, не собирается ли какая-нибудь оборзевшая мошка покуситься на целостность тщательно хранимого тела, а само это тело будет выходить из машины…
   Только планам оказалось не суждено сбыться. Когда водитель заглушил двигатель, Даниил, который на протяжении всей поездки что-то читал с экрана смартфона, убрал гаджет в карман и повернулся к продолжавшей сохранять невозмутимость Соне.
   — Да, чуть не забыл, — перехватив её запястье, мужчина защелкнул на нем браслет наручника. И пока Маркевич, внутренне кипя от злости, с легкой брезгливостью осматривала новое украшение, второй застегнул на своей руке. — Небольшая мера предосторожности. Слишком уж хорошо у тебя получается растворяться на местности.
   Девушка тряхнула потяжелевшей кистью и спокойно посмотрела в глаза Даниилу.
   — Спасибо за такой неожиданный подарок. Только на будущее — я предпочитаю кольца.
   Младший из братьев, который был