Презумпция виновности

что-то отвлекает, — пока она отключала будильник, Даниил, пользуясь случаем, возобновил знакомство с её грудью, как-никак, со вчерашнего дня внимания не уделял. — Только потом не дай мне уснуть, ладно?
   — Хорошо…
   — Ё-моё!!! Ну, я же просила! — Соня резко подорвалась с кровати, проклиная все и вся. Ведь подумала же, что улечься щекой на все ещё чуть подрагивающее от удовольствия тело будет плохой идеей. И глаза только на пару секунд прикрыла. Ага, а на часах уже почти половина девятого…
   — Стой, не мельтеши, везде успеем, — Дан, который тоже придремал, убаюканный её сонным сопением, вскочил чуть медленнее, но тоже в темпе вальса. — Быстро в душ, сейчас позавтракаешь, и отвезу на работу. Ничего страшного, подождут.
   — Да иди ты со своим завтраком… В чем именно ты меня отвезешь — в этом?
   Пока он пытался уговорить Золотце не паниковать, девушка успела сбегать в ванную за одеждой и теперь держала перед собой тунику, брезгливо рассматривая испорченную вещь. Дождевая вода не пошла на пользу светлому шелку, покрыв его разводами, от которых казалось, что это такая половая тряпка, плохо прополосканная нерадивой хозяйкой.
   — Значит, хоть кофе выпьешь, — хотя свою вину и чувствовал, ведь просила же не дать уснуть, но была в этом и светлая составляющая. Он не против, если здесь будет какой-то запас Сониных вещей как раз на такой случай. Но озвучивать пока не стал, потому что девушка была сурова и явно недовольна. Во всяком случае, назвать её счастливой точно не получалось.
   — Все потом, я сейчас в ванную, нужно успеть домой, срочно переодеться и на работу, — прикинув по времени, она ещё больше помрачнела, утренние пробки в самом разгаре, значит, точно не успеет. Но и идти в таком виде нельзя, отношение клиентов во многом зависит от её внешнего вида, а в таком Соня будет выглядеть, как загулявшая девица, которая с вечера уснула в какой-то луже.
   — Беги, я быстро. В шкафчике рядом с зеркалом есть новая зубная щетка.
   Что он там собирался быстро делать, девушка не уточнила, галопом убежав на водные процедуры, но за аксессуар была благодарна.
   Ну и дура, что вчера согласилась остаться, теперь придется бегать подстреленным сайгаком, а потом ещё и извиняться, если все-таки опоздает. Вообще-то с самого утра она собиралась заехать в банк, подходил срок оплаты по аренде офиса, так что это можно перенести на день, как раз будет окно. Но вот со встречей нехорошо получается. Соня сама терпеть не могла опаздывать, а тут, получается, что может подать потенциальному подчиненному плохой пример.
   Энергично растеревшись полотенцем, Маркевич, морща нос, быстро оделась. Больше, чем опаздывать. она ненавидела только несвежее белье, но и тут особого выбора нет — не просить же у Даниила его трусы. А вот футболку или майку взять придется, чувство собственного достоинства было категорически против того, чтобы цеплять на себя эту линялую тряпку.
   — Дань, можно я у тебя рубашку возьму? — пришлось повысить голос, потому что неизвестно, в каком месте явно больше, чем трехкомнатных хором, притаился хозяин.
   — Бери, конечно, чего спрашиваешь, — донеслось это откуда-то издалека, но узнавать, что он там делает, Соня не стала, не до того.
   Быстро распутав мокрые пряди, она гладко зачесала их назад, убирая в тугой пучок на затылке, и отправилась на разграбление его гардероба. И хотя Соня сама терпеть не могла, когда роются в её вещах, и к чужим не приближалась из тех же соображений, но посмотреть на содержимое его шкафа было любопытно. Хорошо, вчера вечером увидела, что матовые панели цвета какао в его спальне это и есть двери гардеробной, иначе пришлось бы долго тыкаться во все углы, пытаясь найти одежду.
   Первое, что Софью порадовало — порядок. Но это явно не его работа, тут прислуга постаралась, потому что представить Дана, который аккуратно складывает вещи в стопки и убирает на полки, было выше её фантазии. Зато коллекция костюмов впечатляла, но это тоже объяснимо, он лицо широко известное в узких кругах, приходится соответствовать.
   Выбрав простую темно-синюю рубашку, Соня быстро застегнула пуговицы и закатала слишком длинные рукава, но от этого менее похожа на погорелицу не стала. Следующей её жертвой стал примеченный ремень, который она затянула на талии, пытаясь хоть как-то скрыть факт ношения одежды с чужого плеча.
   — Готова?
   К удивлению и радости Сони, Астахов уже был полностью одет, разве что без пиджака и галстук просто перекинут через шею. Мужчина провел ладонью по влажным волосам, стряхивая последние капли, и приподняв брови, осмотрел Золотце.
   — Ладно, смейся, чего уж там, — заметив, что он поджал дрогнувшие губы, Соня только махнула