Презумпция виновности

или просто так, без особой цели.
   Пока Соня, наклонившись, рассматривала рыбок, Дан расстелил полотенце и жестом показал, чтобы она ложилась и вела себя тихо.
   — Опусти туда руку и не шевелись, — шепот обжог кожу шеи ничуть не хуже палящего солнца. Даже ухо мгновенно покраснело. Но его просьбу она выполнила, удобно устроившись щекой на его груди. Сам Даниил совать пальцы в воду не стал, предпочтя прижать к себе Софью и мягкими движениями поглаживать розовую и уже горячеватую кожу под накинутым на спину парео.
   Через несколько минут рыбки осмелели, подплывая все ближе, но коснуться её руки пока не решались, проплывая в миллиметрах от кончиков пальцев.
   — Димка сказал, что в ближайшие дни ты будешь сильно занят, — она не собиралась закладывать его брата, просто такие вещи стоит обговорить заранее, чтобы потом не было непонимания и исходящих из него обид.
   — Димка многовато болтает.
   — Ну, тут не могу не согласиться, — Соня хмыкнула, но сразу стала серьезно. — Я понимаю, что у тебя не будет на меня времени…
   — Это тебе тоже он сказал?
   Девушка перестала рассматривать суетящихся мальков, удивленная и тоном, и тем, что Дан так беспардонно её перебил.
   — Нет, это мои мысли.
   — Глупые мысли. Но хорошо, что это исходит не от него, — о том, что ему просто не хочется бить морду брату за вмешательство в их отношения, Даниил говорить не стал. — Я разберусь с проблемами так, что тебя это не коснется.
   — А разве я сказала, что сомневаюсь в этом? — лямка купальника чувствительно впилась в плечо, но Соня не обратила внимания на это неудобство. — Просто хотела сказать, что сама оказывалась в такой ситуации, когда нужна предельная концентрация на одном объекте, и не стану требовать от тебя постоянных встреч или ещё чего-то такого…
   Вранье. Потому что очень хотелось быть уверенной, что он не исчезнет на несколько дней, заставляя гадать, все ли с ним хорошо, но так будет правильно. Боже, как же она ненавидела это слово!
   — А если я хочу, чтобы ты от меня это самое «чего-то такое» потребовала? — Астахов резко приподнялся, распугав появившейся тенью мальков, осмелевших настолько, что начали исследовать ладошку Сони.
   — Это было бы неразумно, — но улыбку спрятать все равно не смогла.
   Какая-то мошка, поддавшись суицидальным наклонностям, упала в воду, вызвав небывалый ажиотаж у рыбок.
   — Ну, надо же когда-то начинать делать глупости. Почему не сейчас? — на этот вопрос, естественно, ни он сам, ни Софья не ответили. — Но кое в чем он прав — эта пара недель будет очень… насыщенной.
   На поверхности воды осталось только тонкое крылышко, зеркально поблескивающее на солнце, но и его тут же утащил какой-то проворный малек. Аллегория человеческой жизни в миниатюре — стоит споткнуться, тебя могут мгновенно сожрать.
   — Я могу тебе чем-то помочь? — одно дело задавать этот вопрос Димке, и совсем другое — Дану. — Поверь, ты многого не знаешь о моих способностях, — Соня повернулась, отчего тонкая ткань сползла с плеча.
   — Вот в это я как раз верю, — он поправил её одежду, стараясь, чтобы солнце больше не жгло нежную кожу. — И, может быть, воспользуюсь твоим предложением.
   Не воспользуется, они оба это знали. Не из-за мужской гордыни, запрещающей принимать помощь от женщины, просто не захочет подставлять Соню, давая намек на то, что она в курсе происходящего. Так для неё намного безопаснее, значит, никто не должен сделать неправильных выводов.
   — Хорошо.
   Естественно, тревога не улеглась, но и требовать чего-то большего Софья не собиралась.
   — Но ты можешь кое-что сделать прямо сегодня.
   — Например?
   — В эти дни я действительно буду постоянно занят и не знаю, когда появится свободная минута…
   — Дань, мы же это обсуждали, — она повозилась, но на него не посмотрела, предпочтя отвернуться и наблюдать, как мелкие волны прибивают к берегу длинную сухую травинку.
   — Чего ты боишься? Ты была в обоих местах, где я живу, так в чем проблема? — пальцы осторожно потянули за собранные в высокий хвост волосы, заставляя поднять лицо.
   — Да нет никакой проблемы… — Соня вздохнула и все-таки открыла глаза. Дан смотрел серьезно, даже чуть нахмурившись.
   — Замечательно, значит, завтра соберешь вещи и переедешь ко мне.
   Девушка тяжело вздохнула и, прижавшись лицом к его груди, как-то неопределенно и не особо радостно промычала:
   — А может, не надо?
   — Тебе ответить, как в старом фильме? — ладонь прокралась к её бедру. — Могу даже отшлепать, для большего сходства.
   — Просто… — Соня так резко поднялась, что на мгновение потеряла равновесие, но все равно уселась по-турецки,