Презумпция виновности

первой же поляне!
   Это она поняла сразу, даже не нужна была громкая связь.
   Пилот на крик Даниила ответил только сосредоточенным кивком, и аппарат начал медленно снижаться. Вот только куда садиться, если под ними сплошная масса деревьев?!
   До Сони даже не сразу дошло, что они, вполне возможно, сейчас разобьются. Да ну, бред какой-то, Даниил не нанял бы какого-то лопуха в пилоты, да и сам вертолет точно содержался бы в исправности…
   Но только через пару минут она поняла, что сидит, вцепившись обеими руками в ладонь Астахова. Чем ей это помогло бы при крушении неизвестно, но почему-то так было легче. А вот заметил ли это сам мужчина, было непонятно, потому что он в это время о чем-то говорил с охранником. Звали того Сашей. Это было единственным, что девушка разобрала, точнее — уяснила. Они что-то там говорили ещё о вызове подкрепления, но постепенно распространяющийся по венам липкий страх мешал нормально понимать ситуацию.
   Дожить до глубокой старости и умереть в окружении внуков, стоящих с кружками воды в руках, она не мечтала, но и вот так погибать в ситуации, которую никак не могла изменить, тоже представлялось довольно абсурдным.
   Но, как оказалось, зря Соня раньше времени примеряла на себя саван. Минут через пять, которые показались длинными, тянущимися, как несколько часов, начавший все чаще как-то странно дергаться и издавать нечто, вроде чихания, вертолет довольно жестко коснулся земли. Настолько, что не успевшая сгруппироваться девушка едва не упала на колени, слетев с сиденья и звонко клацнув зубами.
   Но понять, что происходит, она не успела — едва они приземлились, как Даниил, несколько бесцеремонно и болезненно вцепившись в её руку, выволок Соню из вертолета и потащил в сторону ближайших зарослей. Благо, до них оказалось не так далеко, так что уже через пару секунд, её так же, почти с размаху, усадили за особо пышным кустом.
   — В порядке? — Астахов хоть и говорил с Софьей, но смотрел в сторону покинутого транспортного средства.
   — Почти. Язык немного прикусила и коленкой ушиблась, — девушка, следя примеру Даниила, говорила шепотом. — Что происходит?
   — По вертолету стреляли. И попали.
   — И дальше он не полетит? — до неё начал доходить смысл всех этих телодвижений.
   — Скажем так — это очень сомнительно.
   Только теперь Соня заметила, что земля довольно влажная, а с челки на глаза свешивается неизвестно где подцепленная паутина. Саша, который охранник, вместе с пилотом, чьего имени она не знала, залегли в паре метров от них, с таким же пристальным вниманием косясь на оставленную собственность.
   — Ждем здесь? — девушка чуть поерзала, вытащив из-под себя сумку. Потому что не очень приятно со всей дури рухнуть ребрами на припрятанную там твердую бутылку…
   — А какие у тебя предложения? Учти, тот, кто стрелял, гораздо ближе, чем ты думаешь, — в тоне Даниила совершенно не было ни страха, ни нервозности. Только глубокая задумчивость человека, прикидывающего перспективы выбрать из этой ситуации с минимальными потерями.
   — Вот именно. Вы же не смогли связаться со своими? — это даже и вопросом-то не было, Соне ли не знать, что, связи нет именно в те моменты, когда она жизненно необходима. — А стрелок скоро будет тут. И не факт, что в одиночестве…
   — Даниил Александрович, она права, — это подал голос притаившийся совсем рядом охранник.
   — Знаю. Сейчас отойдем на несколько сотен метров, подождем там. Только тихо, здесь хорошая слышимость.
   — Я останусь здесь, — водитель их летающей кобылы переместился на поваленный ствол дерева, со всех сторон поросший мхом и чем-то, напоминающим сероватую плесень. — Если кто-то появится — дам знать.
   Астахов, секунду подумав, кивнул, помог подняться Соне и повел в сторону густых зарослей боярышника. Чем ему приглянулось именно это направление, никто не уточнил. Маркевич тоже не возникала, прекрасно понимая, что ничего не знает ни о выборе направления в лесу, ни о прочих туристических фишках.
   Под деревьями пахло… лесом. Как ещё описать пряный аромат преющих листьев, смешанный с запахом усыпавших один из кустов белых цветов, и примятой ими травы, Софья не знала. И, наверное, с удовольствием бы постояла пару минут, просто дыша этим всем, но инстинкт самосохранения предлагал наплевать на красоты окружающей действительности и быстрее перебирать ножками. Тот же вектор придавал и Даниил, продолжающий почти тащить её за собой в неизвестном направлении.
   Сзади было тихо, наверное, оставшийся наблюдатель залег в тех зарослях и затаился, а Маркевич старалась даже дышать, как можно незаметнее. Почему-то ей казалось, что она ужасно шумно сопит.