Презумпция виновности

региона как-то не вводили.
   — Видишь пригорок? — Астахов кивнул вправо.
   — Да.
   Это был даже не пригорок, а, скорее выход на поверхность скальной породы. Несколько крупных каменей, одна огроменная глыба и россыпь булыжников поменьше. Между всем этим геологическим добром росли все те же деревья и колосилась довольно высокая трава. Разве что по слегка припорошенной землей каменюке ползла только микроскопическая растительность.
   — Там будет ветерок, он немного отгонит комаров. И не так сыро.
   — Ладно, поверю на слово.
   То, как они дошли до маленькой ложбинки образованной той самой глыбой и толстым стволом дерево, Соня почти не запомнила. Но знала точно, что на повторение такого подвига в ближайшее время её не хватит. Иначе тут будет не один, а два инвалида. Потому, когда Даниил выразил непреклонное желание помощь с обустройством ночлега, девушка, с трудом выпрямилась во весь рост, отчего в спине что-то тихо, но зловеще хрустнуло, а в глазах потемнело от усталости, и шансов у Астахова просто не осталось:
   — Я понимаю, что ты хочешь помочь. Более того, как мужчина, считаешь себя ответственным за все происходящее. И с последним даже согласна, потому что до сих пор не понимаю, на кой черт было тащить меня в этот медвежий угол на стройку. Но можно сейчас подумать мозгами, а? Если ты потеряешь сознание от боли, я просто физически не смогу тебя куда-то дотащить. Поэтому давай обойдемся без самцовых замашек. Просто скажи мне, что нужно принести, я принесу. А потом хоть шалаш строй, хоть дворец возводи.
   Под конец монолога она уже существенно выдохлась и, не дождавшись ответа, привалилась к прогретому солнцем камню. Странно, но Соню уже совершенно не напрягала близость к Даниилу, который занимался тем же самым. А именно — сидел у того же булыжника, запрокинув голову и прикрыв глаза, чтобы яркий свет не так бил в глаза.
   — Нужны ветки. Много. — Маркевич уже начала думать, что он прямо так и уснул, когда Астахов заговорил. — Но они тяжелые.
   — Ты тоже не пушинка, — сидя с ним плечом к плечу, Софья поняла, что как-то перестала воспринимать его, как умную и прожженную сволочь. Сейчас это был просто человек, который устал, ему больно, а они попали в ситуацию формата «Задница».
   — Согласен, — мужчина тихо хмыкнул и осторожно провел пальцами по её плечу. Мышцы тут же отозвались ноющей болью и непроизвольным напряжением. — Только приноси лиственные, иначе мы будем все в смоле.
   — Хорошо. Но мне нужен будет нож, не уверена, что смогу наломать их голыми руками.
   Астахов молча потянулся к своей лодыжке, но вместо того, чтобы вынуть оружие, снял его вместе с ножнами.
   — Ты же правша?
   — Да.
   — Ставь на меня левую ногу, — не дождавшись адекватного ответа, он сам пристроил её ступню себе на бедро. — Взяла ты нож правильно, так что проблем не будет, — закатав штанину джинсов и примерившись к тонкой щиколотке, Даниил одернул брючину обратно и застегнул крепление ножен прямо поверх одежды. — Так точно не потеряешь, и руки будут свободны. Если что — кричи, поняла?
   — Все ясно. Спасибо, — организм очень не хотел вставать, но Соня поборола себя — это сейчас камешек теплый, а как только стемнеет, сидеть на нем уже будет далеко не так комфортно.
   — Пока не за что, — Астахов тоже с трудом, но все-таки поднялся и теперь оценивающе осматривал место их стоянки.
   Не став ждать вердикта, девушка ушла охотиться за ветками и листьями. Эх, вот зря не утрамбовала в сумки какой-нибудь спальник. Хотя, при её нелюбви к подобного рода отдыху, Софья с трудом представляла себе, как этот самый спальник выглядит. Кстати, нужно бы проверить, что там ещё в сумочке есть. Потому что там порой заваливаются уникальные вещи…
   Даже при помощи ножа ветки пилились неохотно, но потом девушка вошла в раж и, остановившись, чтобы перевести дух, поняла, что обкорнала уже добрую часть близлежащей растительности. Ладно, им на них спать, так что лучше уж если подстилка будет потолще, может, листья не будут давать ветвям впиваться в тело…
   Перетаскав почти всю добычу к камням, Соня с интересом уставилась на Астахова, который как раз сооружал чего-то там из принесенной ею растительности. Переплетая её непонятным для Маркевич способом, он сделал что-то, вроде стен.
   — А крышу из чего будешь строить? — любопытство пересилило усталость, и девушка тоже подключилась к постройке жилища.
   — Тоже из веток. Но у тебя сейчас будет другое задание, — Даниил на пару секунд замолчал, надеясь, что приступ головокружения пройдет сам собой. Прошел, но не полностью.
   — Какое именно? — укладывающая более мелкие и мягкие ветки Соня не обратила внимания на заминку.