Каждый делает то, что умеет лучше всего. Кто-то печет пироги, кто-то вышивает крестиком. А у кого-то лучше всего получается воровать. Какие карманные кражи, о чем вы?! Для приличного человека шариться по мелочи не комильфо. То ли дело кинуть сомнительную структуру на несколько миллионов американских рублей. Но в этом деле очень важны правильная тактика, стратегия и наличие информации. Желательно, правдивой. Потому что, в противном случае, размер грозящих неприятностей существенно превзойдет возможную выгоду… Черновик.
Авторы: Шульгина Анна
отсюда существенно уменьшатся.
— Ешь, — она вытряхнула на ладонь гость орешков и протянула Дану.
— Спасибо, я не хочу, — его от боли и температуры вообще тошнило, так что один только запах заставил тяжело сглотнуть.
— Я тоже не особо хочу, но надо. Мы потеряли соли с потом, нужно восстанавливать, — не самая приятная тема, но в их ситуации не до того. И если придется, она все-таки заставит его хоть немного поесть.
— Сонь… — встретившись с её взглядом, Астахов качнул головой, но несколько орешков разжевал. От соли тошнота немного отступила, хотя и не полностью.
— А теперь нужно поспать, — отряхнув крошки с ладоней, девушка убрала оставшуюся половину продуктового запаса в сумку. Обветренные губы начало жечь, но по сравнению с прочими проблемами это было сущим пустяком.
— Спи, я пока посторожу, — он положил пистолет рядом с их ложем, так, чтобы можно было без проблем дотянуться.
— Ты сейчас просто выключишься, — Соне надоело щадить мужскую гордость, если уж такой баран, то придется объяснять просто и доступно. — Так что смысла в твоем сторожевании нет. А если нас найдут, боюсь, это и вовсе никак не поможет.
— Золотце, я все равно не смогу уснуть…
Дым уже почти развеялся, хотя крепкий смолистый аромат все ещё висел в воздухе.
— Сильно?
— Достаточно.
Черт! Если бы боль была терпимой, он бы так и сказал…
— Сколько таблеток принял?
— Ещё две, — Астахов медленно, словно пытаясь найти положение, в котором боль уйдет, лег на ветки, оставив для Сони приличную территорию слева от себя.
Совсем плохо, это довольно сильнодействующий препарат, и помочь должен был уже давно. Правда, его нежелательно пить на голодный желудок, но раньше времени, чтобы проверить содержимое сумки у неё не было. Ладно, с одного раза язву не наживет, а завтра даст таблетки только после орешков. Но вот согреть его нужно прямо сейчас…
Стараясь не трясти ветки, девушка залезла на лежанку и вытянулась рядом с Астаховым так, чтобы быть чуть выше его.
— Приподними голову, — подождав, пока он выполнит распоряжение, Соня подсунула ему свое плечо вместо подушки. — А теперь повернись на левый бок и положи на меня ногу. Я спокойно сплю, не сброшу. Колено нужно поднять, тогда отек будет не такой сильный.
— Я знаю. Спасибо, — Дан не стал выеживаться, прекрасно понимая, что стоит ему сейчас сказать что-то не то, и все. Это был последний шанс вернуть то, если не дружеское, то приятельское отношение Золотца. — Спокойной ночи, — он, стараясь не потревожить девушку, расстегнул куртку и накрыл Соню полой.
— И тебе, — полежав пару минут неподвижно, она все-таки сдалась и прижалась теснее, стараясь согреться. А что пару раз погладила его по затылку, так это исключительно в терапевтических целях…
Спине было довольно прохладно и как-то сыро, а вот всему остальному — очень даже тепло, почти жарко. И почему-то очень тяжело.
Лицу немного щекотно, и запах… Приятный, но непривычный.
Попытавшись потянуться, Соня поняла, что то самое тяжелое и теплое это Даниил, придавивший её своим весом к веткам. С одной стороны, вроде, они не настолько близко знакомы для такого тесного общения, а с другой — судя по тому, как мерзнет ладонь, лежащая поверх его плеча, без Астахова она мгновенно закоченеет. Ну, и ладно, нечего из себя непорочную девицу строить, не первый раз под мужиком лежит. Правда, под почти незнакомым — впервые. Хотя, после всего, что они вчера пережили вместе, можно сказать, что они теперь близкая родня.
Отвернувшись, чтобы его волосы не лезли ей в лицо, Соня попыталась передвинуться, чтобы немного размять занемевшее от долгой неподвижности тело, но встретилась с пассивным возражением Даниила. То есть, он на ней, как лежал, дремля и удобно пристроив ладонь на её левую грудь…
Вот сейчас девушка проснулась окончательно. И только воспоминание о его травме помешало брыкнуть и сбросить с себя и самого Астахова, и его наглую конечность.
Соня ужом заизвивалась, пытаясь обрести свободу, но активные телодвижения не особо понравились постельному соседу, который, не открывая глаз, все-таки отклонился, давая относительный простор для маневров, но так же резко подгреб к себе почти вставшую девушку.
— Да твою же мать… — шепот был едва слышным, но Маркевич в полной мере описала этой фразой ситуацию в целом. Теперь она лежала на боку, прижавшись спиной к горячему, как печка, Даниилу. Лопаткам сразу стало намного приятнее и комфортнее, но это не повод расслабляться — рука, которой Астахов прижал её, чтобы не дергалась, медленно и целеустремленно поползла вверх, пытаясь вернуть утраченные позиции.
