Презумпция виновности

   — Вообще-то нет, — Соня попыталась повернуться к нему, но её быстро вернули в исходную позицию.
   — Сейчас удобно?
   — Да.
   — Хорошо. — На правое плечо легла его ладонь, чуть сжимая натянувшиеся мышцы. — Расслабься, что ты вся зажалась? Чем сильнее напрягаешься, тем хуже показатели стрельбы.
   Соня хотела было ответить, что они будут вообще нулевыми, если он не перестанет прижиматься к её спине, но промолчала — в этом не было ничего от попыток соблазнить, уж такое она почувствует сразу.
   — И вообще, перестань концентрироваться на желании попасть в мишень, — Дан обхватил пальцами тонкое запястье, фиксируя его в правильном положении. — Нажмешь на курок первой фалангой пальца, пуля уйдет чуть влево. Если второй — вправо. Корпус немного вперед, при отдаче ты будешь машинально прогибаться в спине и отклоняться назад. Для следующего выстрела придется возвращаться в исходное состояние, — вторая ладонь легла между лопаток, заставляя девушку податься на пару сантиментов вперед. — Молодец, так и стой. А теперь заложи правую руку себе за спину, чтобы она тебе не мешала, — аккуратное движение по предплечью и довольно сильный захват на локте, помогающий принять правильное положение.
   Девушка выполнила все распоряжения, стараясь запомнить все, что говорит Астахов. Мало ли зачем пригодится, в жизни многие умения приходятся кстати.
   — Прицеливаясь, нужно зажмуривать один глаз? — не то, чтобы этот прием ей как-то помогал, но лучше спросить.
   — Лучше не надо. Готова?
   — Да.
   — А теперь прицелься, сделай вдох и задержи дыхание. Не жми на курок сильно, движение должно быть мягким… — голос понизился до шепота, как будто гипнотизируя и настраивая на нужный лад. Соня даже на секунду зажмурилась.
   Сухой щелчок получился каким-то слишком уж громким, почти оглушающим.
   — Для первого раза отлично, только ты в последний момент немного опустила дуло вниз. Лучше так не делать, снижается точность стрельбы, — её запястья он так и не отпустил, продолжая держать руку вытянутой. — И конкретно этот пистолет тебе не подходит, он для правши. На тренировку в тире выберем другое оружие.
   — Я не собираюсь становиться коммандос, хватит и теоретического курса, — Соня попыталась повернуться, но пальцы на её локте чуть сжались, не давая сдвинуться с места.
   — Но обещание научить тебя стрелять я давал, так что не отлынивай, пробуй ещё раз. С самого начала, включая принятие стойки.
   За неполный час, пока Даниил шлифовал её умение правильно прицеливаться, девушка уже раз пять прокляла свое желание научиться стрелять.
   — Хватит, а? У тебя колено болит, у меня уже на эту березу глаза не смотрят… Давай просто посидим и подождем прибытия спасателей?
   — Если взялась чему-то учиться, будь готова отрабатывать знания на практике, — Астахов к тому времени уже устроился на соседнем камне, лениво щурясь на солнце и исправляя Сонины ошибки. — Не переноси вес на одну ногу.
   — Вот теперь я понимаю, что ты не просто так дал мне его незаряженным, — хоть пробормотала это Маркевич и довольно тихо, но Даниил услышал и мягко рассмеялся.
   — А ты думала зачем? Хорошо держишься, обычно желание убить наставника приходит минут через двадцать.
   — Оно у меня никуда и не девалось, просто сейчас обострилось, — девушка уже машинальным движением подняла пистолет, выполняя все его указания. И к положению кисти, и локтя, и спины теперь не придерешься. Но все равно замерла, ожидая услышать какое-то критическое замечание.
   Только его почему-то не последовало. Соня уже хотела обрадоваться, что выполнила все в соответствии с его высочайшими требованиями, но поняла, почему он молчит и прислушивается — где-то недалеко нарастал шум вертолета.
   — Это за нами? — Маркевич без вопросов отдала ему оружие, которое он тут же зарядил.
   — Будем надеяться. Но все равно лучше не рисковать, — Дан, подхватив её под руку, отвел в тень той самой несчастной березы, которую за это время Соня просто возненавидела. — Если это Димка, то он даст нам знать.
   — Как именно? — она сама не поняла, почему оказалась между его спиной и стволом дерева. Да и не выглянешь особенно, разве что на цыпочки встать.
   — Услышишь. Хватит подпрыгивать, — её шебуршание он хорошо чувствовал, хотя и не совсем понимал, чем оно вызвано.
   — Мне не видно!
   — Ладно, смотри, — Астахов немного передвинулся, чтобы дать Золотцу немного простора. — Все равно рядом пока никого нет.
   — Будем ждать? — единственный разумный выход девушке не особо нравился. Да и сам факт того, что она осталась, поверив своему же почти бывшему врагу, душевного равновесия не добавлял.
   — Все