Презумпция виновности

Артем.
   — Все хорошо. У нас семейная сцена. Как дойдет до вопроса про платок, я тебя позову. Грех пропускать такое представление, — Соня сама не ожидала, что ей будет настолько все равно. Да, обиден сам факт предательства, но не более того. Даже при виде Кира внутри ничего не дрогнуло. Как будто то чувство, которое она несколько лет считала любовью, просто взяло и отмерло.
   — Хватит, — Кирилл одним быстрым движением приблизился к Соне, но хватать за руки не стал, заметив, как она отпрянула. — У меня не было выбора. И виноват во всем я сам, это мы оба знаем. Но теперь уже не переиграешь. Можешь не верить, но я тебя люблю. Поэтому и согласился, когда Полоз пришел с предложением.
   — Что он тебе за меня дал? — глядя, как майка плотно обнимает довольно мощное тело, она совершенно не почувствовала желания дотронуться. И это было как-то неправильно — она же из тех, кто не любит говорить, лучше попытается показать прикосновениями. И, в то же время, все как-то естественно. Показывать-то нечего…
   — Твою безопасность.
   — А конкретнее? — это как-то немного выбивалось из контекста, так что Соня перестала отстраненно смотреть на ремешок часов, которые сама же ему и дарила на прошлый день рождения. Или это было два года назад?
   — Он тебе не рассказывал? Странно, чего же свое благородство прятать, — в его тоне прорезалось сдерживаемое бешенство и что-то вроде зависти. — Я должен был сказать, где тебя искать. Взамен Полоз обещал, что ничего тебе не сделает. В противном случае он все равно бы нашел, но… Меня он просто отпустил, предупредил, чтобы и думать про тебя забыл.
   — Что ты и поспешил исполнить. Молодец, хороший мальчик, хочешь кусочек сахара? — Соня встала, постаравшись не коснуться сидящего возле неё на корточках мужчину.
   — Софья Андреевна, осталось пять минут, — бас Артема, донесшийся из-за стены, заставил её едва заметно вздрогнуть.
   — Спасибо, я поняла.
   — Ты не права, — Кирилл встал резким движением, выдающим его злость, но близко к ней подходить не стал. То ли из-за охранника, то ли просто видел Сонину отчужденность и нежелание контакта. — Если бы был выбор, я бы все сделал, но никому тебя не отдал.
   — Но выбора не было, так что говорить о том, «что, если…», бессмысленно. У тебя остались материалы по этой сделке?
   — Да.
   — Позволишь? — она протянула руку, считая про себя секунды. Это место, в котором она прожила столько месяцев, теперь почему-то душило. Как будто в воздухе висела мельчайшая пыль, забивающая легкие и не дающая нормально дышать. Или это от духоты? Или же от жалостливого отвращения, которое она теперь испытывала к тому, кого столько лет считала мужем…
   Темно-серая флешка легла ей на пальцы, тут же сжавшие кусочек пластика.
   — Сонька… — её стиснули в настолько тесных объятиях, что ощущение удушья многократно возросло.
   — Пусти! — кричать она не стала, помня об Артеме. Нечего показывать свои эмоции тем, для кого они не предназначены.
   — Если он тебе что-то сделает… Только скажи, — шепот был почти неслышным, — я помогу тебе убежать.
   — Всего хорошего, Кир, — не то, чтобы она не верила… Ой, да ладно, чего уж там — не верила.
   И очень сомневалась, что Астахов не учтет этот момент. Не просто же так не сказал об этой сделке, хотя это было бы огромным преимуществом. Получается, что возвращаться ей было бы некуда и не к кому. А так, утаив, он, в случае её побега, просто ждал бы, когда она придет к Кириллу. Дура она. Потому что пришла бы.
   Увернувшись от поцелуя, Соня чуть повысила голос:
   — Артем, я готова идти.
   Суханов не сразу, но разжал руки, отпуская девушку.
   — Не простишь?
   — Честно? Нет.
   Она не стала говорить «До свидания», а он не попытался её как-то задержать. В принципе, правильно, должен был вспомнить, что, если Соня что-то решила, переубедить будет почти невозможно. Да и незачем, в принципе…
   Девушка на секунду прикрыла глаза от ослепительно-яркого уличного света. И это было даже приятно, после какой-то промозглой сырости подъезда. Или это её так трясет от этой встречи?
   — Ну что, узнала все, что хотела? — Артем стоял рядом, глядя на неё так, словно ожидал, что она вот-вот кинется ему на грудь и разрыдается.
   — Даже более того…
   — А если учесть, что теперь разбираться с Дан Санычем?
   — Оно того стоило, — перестав стоять столбом, Соня повернулась к парню. — Поехали каяться?
   — Все-таки ты странная… — устроив девушку на заднее сиденье, Артем занял место водителя. — И не поревешь?
   — Сам же полчаса назад говорил, что оно того не стоит. Так вот, поздравляю, ты был прав. А реветь… Если только от счастья, что в свое время