Во время свадебного путешествия трагически погибает юная, горячо любимая Эштоном жена Лирин. Три года спустя безутешный вдовец встречает женщину, как две капли воды похожую на Лирин. Эштон уверен, что это его жена, однако ему внушают, что девушка является сестрой погибшей… Затаив дыхание, читатель ждет, как же распутается клубок интриг, сплетенный из зависти, ревности, алчности и жажды мести.
Авторы: Вудивисс Кэтлин
поостынет к этому типу. Малкольм во все глаза вглядывался в эту женщину, пока капитан вел ее к палатке Эштона, но ему пришлось с разочарованием убедиться, что это всего лишь служанка. Ее рыжие волосы были связаны сзади в грубый узел, а темно-серое платье висело на плечах, как на вешалке. Грудь была вовсе незаметна, и, хотя на вид эта женщина была ничего, уколов ревности она ни у кого вызвать не могла. Тем не менее Малкольму было любопытно. Кого-то она ему напоминала, только он не мог вспомнить, кого именно. Впрочем, он не привык вглядываться в таких обшарпанных старух и решил, что, в конце концов, не велика разница — знает он ее или нет.
Эштон вышел поздороваться с гостями и взял расходные книги, которые Сара протянула ему.
— Все в порядке, мистер Уингейт, — продолжала она, довольная, что справилась с поручением.
— Отлично, Сара. Спасибо. Я даже не ожидал, что у вас все так получится.
Сара вспыхнула от удовольствия.
— Мне нравится эта работа, сэр. Она помогает мне забыть.
Эштон криво улыбнулся.
— Иным хочется помнить, другим забыть. Я жду не дождусь того момента, когда Лирин вспомнит.
— А я — когда все забуду… и, может, прощу, хотя вряд ли это получится.
Умудренный годами капитан Мойерс вмешался в беседу:
— Прощать — это значит жить в довольстве, Сара. Нося ненависть в сердце, себе же хуже делаешь.
Эштон слегка нахмурился; ведь и перед ним самим стоит такого рода проблема. Подняв голову, он устремил холодный взгляд на того, кто постоянно донимал его своим присутствием.
— Мне лично трудно все время общаться с врагом.
Сара проследила за его взглядом, увидела стоящего вдали на крыльце дома мужчину и тоже нахмурилась. Может, все дело в жаре — миражи возникают. Она встряхнула головой и повернулась к мужчинам.
Эштон пригласил гостей зайти в свое не столь уж убогое жилище.
— Может, присядете, отдохнете? У меня тут стюард с «Русалки», он приготовит кофе или чай. Если хотите, есть печенье.
Сара и капитан Мойерс проследовали внутрь, и глазам их открылся мир мечты, где обитают шейхи и все свидетельствует о неслыханном богатстве. Капитан потрясенно оглядывался по сторонам, а Сара и вовсе застыла на месте от изумления. На роскошной пуховой перине было необычное покрывало из черного шелка с вышитыми золотыми листьями. Такому позавидовал бы и арабский принц. Из того же чистейшего шелка была сделана занавеска, заменявшая сетку от москитов. Экземпляр уникальный, по крайней мере, на Миссисипи второго такого не найдешь. По периметру палатки были разложены роскошные подушки. Вся эта кричащая роскошь явно не соответствовала утонченному и строгому вкусу хозяина, и тем более забавно было наблюдать ее в здешней обстановке.
— Мне говорили, что вы живете в палатке, Эштон, но ничего подобного я, разумеется, не ожидал увидеть, — воскликнул капитан Мойерс. — Я-то думал, что вы тут ходите согнувшись в три погибели, и над головой у вас грубая холстина, и спите на узенькой койке. Вы что, сами все это придумали?
Эштон отхлебнул глоток кофе и улыбнулся.
— Это все для отвода глаз, Чарльз. Похоже, Малкольм Синклер любит всякую безвкусную роскошь в таком духе, когда оказывается где-нибудь на стороне. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. — Свидетельством тому служила в глазах Эштона обстановка, в которой Малкольм развлекался с сомнительными девицами. Как ни пыжились они, все равно у Лирин в мизинце было больше достоинства и элегантности, чем у всех них вместе взятых.
— Ну вот, я и подумал, что, если Малкольму придет вдруг в голову заглянуть сюда, пусть чувствует себя как дома.
Капитан Мойерс отер рот и с любопытством посмотрел на Эштона.
— А что, он любит женщин?
— Ну что ж, можно сказать и так, — сухо откликнулся Эштон.
— Малкольм Синклер? — задумчиво спросила Сара. — А кто это? — Эштон мотнул головой в сторону дома.
— Он живет там… с Лирин. Только называет ее Ленорой.
— Эту фамилию носила мать моего мужа, — рассеянно заметила Сара, направляясь к откинутому пологу палатки. Она выглянула наружу, но на крыльце уже никого не было. Со вздохом она вернулась назад и села на подушку, прихлебывая кофе.
— Вам, может, будет интересно узнать, что Хорэс Тич весьма заинтересовался колесным пароходом, который вы недавно купили. И еще он расспрашивал про ваши склады, особенно про тот, который сгорел. Я не знала, что думать, и решила, что стоит рассказать шерифу. Шериф Доббс сказал, что он присмотрит за этим человеком.
— Тич был здесь, — заметил Эштон, подливая себе кофе из серебряного кофейника. — И насколько я знаю, еще не уехал. Харви кое о чем расспрашивал его, но никаких свидетельств того, что он связан
