Во время свадебного путешествия трагически погибает юная, горячо любимая Эштоном жена Лирин. Три года спустя безутешный вдовец встречает женщину, как две капли воды похожую на Лирин. Эштон уверен, что это его жена, однако ему внушают, что девушка является сестрой погибшей… Затаив дыхание, читатель ждет, как же распутается клубок интриг, сплетенный из зависти, ревности, алчности и жажды мести.
Авторы: Вудивисс Кэтлин
оснований. И все же трудно было удержать в себе чувства, особенно когда на тебя бросают любопытные взгляды, словно чуя, что происходит что-то необычное. Наконец любопытство победило.
— У вас все в порядке, мэм, вам ничего не надо? — спросила Мейган.
Ленора энергично кивнула и, положив руки на колени, постаралась скрыть торжествующую улыбку.
— Нет, спасибо. — Чтобы не рассмеяться, она откашлялась. — А почему вы спрашиваете?
Мейган поджала губы и внимательно посмотрела на хозяйку. В последние недели она часто исподтишка наблюдала за Ленорой и видела с грустью, что та уходит в себя, лишь по необходимости находясь в обществе мужчин; оставшись одна в своей комнате, хандрит и часто задумчиво смотрит вдаль, в сторону моря, словно ждет кого-то. А сейчас зеленые глаза светятся жизнью, и в первый раз, как она оказалась здесь, Ленора выглядит по-настоящему жизнерадостной.
Мужчины разговаривали так громко, что голоса их не могли не донестись с веранды в дом, и Мейган все слышала. Речь шла о том, что человек, который приплыл на пароходе, хочет забрать хозяйку, и, судя по тому, как она выглядит, силу ему, решила Мейган, применять не придется.
— Вам не следует меня бояться, мэм, — сказала Мейган. — Мистеру Синклеру я ничем не обязана, если это вас беспокоит.
Ленора посмотрела на служанку, пораженная ее проницательностью, но почла за благо укрыться за маской простодушия, все еще опасаясь выдать себя.
— О чем это вы, Мейган?
Та сложила руки на фартуке и кивнула в сторону корабля.
— Я знаю, что за вами приехали, и, судя по тому, как вы выглядите, это вас не огорчает.
У Леноры расширились глаза. Она соскочила с кровати и, кинувшись к Мейган, схватила ее за руки.
— Нельзя никому говорить, что я рада его приезду. Никому! А в особенности мистеру Синклеру и моему отцу. Пожалуйста! Они оба ненавидят мистера Уингейта, и я даже не знаю, на что они способны.
— Да не волнуйтесь вы, мэм, — покачала головой Мейган. — Когда-то я и сама была влюблена и знаю, каково это.
Ленора все еще сохраняла осторожность.
— А что вы вообще обо мне знаете?
Пожав плечами, служанка ответила:
— Ну, я слышала, что вокруг говорят. Что вы потеряли память и вроде думаете, что были замужем за другим. — Она замолчала, и тут вдруг до нее дошло. Она пристально посмотрела на хозяйку, встретив в ответ неуверенный взгляд.
— Стало быть, это он? Я хочу сказать, вы считаете мистера Уингейта своим мужем?
Ленора отвела глаза и, не видя причин лгать, коли ее так хорошо понимают, ответила:
— Да, это он, и я люблю его, но я изо всех сил стараюсь, чтобы…
— Да, трудно вам, мэм. Это я понимаю.
Ленора медленно кивнула. Перестать думать об Эштоне было действительно трудно, если вообще возможно.
Маленькие настольные часы тихо пробили два, и им сразу же ответили, нарушив тишину дома, большие часы в холле. Ленора не остановилась, продолжая сооружать из подушек подобие человеческой фигуры. Немного позже она отступила на шаг и посмотрела, что вышло. Через окна в комнату лилась серебристая струя лунного света. Кровать была достаточно освещена, так что каждому, кто войдет сюда, будет все видно. При беглом взгляде всякий решит, что она спит, и у нее будет достаточно времени незаметно выйти из дома и дать Эштону знать, чтобы он не высаживался на берег. За обедом Малкольм продолжал сыпать угрозами в его адрес, и Ленора, всерьез обеспокоившись, твердо решила, что Эштона надо предупредить. Мальчишка-истопник оставил после рыбалки лодку у самого берега, так что ей будет на чем добраться до «Русалки». По ее просьбе Мейган принесла одежду этого паренька, но зачем она ей нужна, Ленора говорить не стала, решив, что так будет спокойнее.
Она собрала свои мягкие волнистые волосы в узел и надела шапочку. Оглядев себя в зеркале, недовольно наморщила нос. Благородной даме такое одеяние явно не к лицу. На рубашке пуговиц вообще нет, так что пришлось завязать ее на поясе, чтобы не распахивалась. Брюки более или менее подходили, однако от частой носки они изрядно прохудились. Закрепить их, кроме как веревкой, было нечем, и Ленора как можно туже затянула ее на поясе. В общем вид у нее получился довольно вызывающий, и, встреть ее кто-нибудь, можно было подумать, что она сама нарывается на неприятности. Для безопасности она надела еще старую холщовую куртку.
Перед тем как выйти из дома, она остановилась у двери и прижала ухо к стене. Судя по громкому храпу, доносившемуся из комнаты отца, можно было понять, что он уступил настояниям Малкольма и остался на эту ночь дома. Таким образом, оставался только Малкольм, но его-то как раз она больше всего и боялась. Его не проведешь никакими отговорками.
