Надежно уцепившись за станок крупнокалиберного «Утеса», я сидел у распахнутой вертолетной двери и наблюдал, как далеко внизу проплывает черная выжженная равнина. Вертушка шла на высоте тысячи метров, поэтому особых деталей разглядеть не удавалось. Хотя, скорее всего, там их попросту не было. Какие, к дьяволу, детали могут уцелеть в тех местах, где хорошенько «погуляли» неистовые волны высокотемпературной плазмы?
Авторы: Шовкуненко Олег
Удар в бронированный зад БРДМ получился мощный и резкий, как раз такой, каким я его и планировал. Предусмотрительно снятая с тормоза разведывательная машина влетела во впередистоящий фургон, чем стряхнула засевшую на его крыше тварь. Она то ли упала, то ли спрыгнула куда-то в проход между бортами техники и железной стеной трюма. Собственно говоря, что первое, что второе, мне было абсолютно без разницы. Главное, что она там, внизу, под колесами тяжелых машин.
Не теряя ни секунды, я заставил танк вильнуть в сторону и сломать ровную цепочку впередистоящего транспорта. БРДМ тут же развернуло поперек огромного железного туннеля. Хорошо! Я поддал газу и поволок бронемашину к выходу, вычищая ею трюм, словно бульдозер ковшом. А при таких грубых работах, кто не спрятался, тот конкретно попал. С оказавшимся на полу призракам как раз и произошла эта маленькая неприятность. Как и чем его размололо, я не заметил, но ударивший в стену фонтан белой, густой, слегка дымящейся слизи стал тому бесспорным доказательством.
Победа над первым спрутом прошла без всякого ликования, я просто отметил ее как свершившийся факт. Что толку сотрясать воздух победными криками, когда тебя поджидает второй, третий, десятый, сотый не менее лютый и опасный враг. Хотя здесь я слегка ошибся. Призрак номер два, тот самый, что засел на бронированной спине «Тигра», так и не стал нашим противником. Раскрутившись, как пропеллер, он прыгнул. Я видел, как над танком промелькнуло разлапистое красное пятно. Оно умчалось в темную глубину трюма, туда, где спрятались люди Олега и он сам. Господи, сын! Мой сын! В этот миг мне стало ужасно страшно за его жизнь, причем настолько, что рука сама собой потянулась к механизму открывания люка.
Но, хвала Главному, старый танкист вовремя опомнился и взял себя в руки. Что ты творишь?! – сказал я самому себе. – У Олега два десятка человек. Они справятся, уделают гада. Твоя же задача совсем иная. Ты должен остановить этот смертоносный красный поток, который вот-вот ворвется в распахнутые ворота «Калининграда». Иначе смерть! Всем смерть!
Я сцепил зубы, произвел на свет какое-то устрашающее звериное рычание и рванул машину вперед. Завывал движок, гусеницы скребли и лязгали по железному настилу, а я все давил и давил, продвигаясь навстречу горячему свету чужого враждебного мира. Я полностью призрел опасность не вписаться в габариты аппарели, я думал лишь о том, чтобы побыстрее отправить вниз тонны металла, чтобы тяжелый железный каток перемолол, перекалечил как можно больше красношкурой нечисти.
Пожалуй, это была самая простая часть работы, которую мне предстояло проделать, а потому она получилась достаточно легко. Я не видел, но почувствовал: «Тигр» уже отправился вниз по аппарели, за ним «труповозка». Когда настала очередь БРДМ, я поддал газку и буквально вогнал передок «шестьдесят четверки» под высокий борт разведмашины. Еще один рывок, и семи тонная амфибия кувыркнулась кверху колесами.
Как только МЧСовская собственность перестала загораживать смотровые приборы, взгляду открылась картина достойная кисти окончательно съехавшего с катушек баталиста. «Битва у адских врат» – примерно так он мог ее назвать.
Окружающий мир и впрямь походил на преддверие преисподней: огненно-желтое небо и багровый песок с колышущимися над ним потоками разогретого воздуха. На горизонте затянутые смрадным дымом купала Базы, от которых так и тянуло ужасом, замешанном на запахе горелой человеческой плоти. И самая страшная часть панорамы – полчища чудовищных красных демонов, посланных для встречи очередной партии грешников или, лучше сказать, свежего мяса.
Вот только здесь в обычный для этих мест ход событий закралась маленькая ошибочка: может мы и грешники, даже скорее всего грешники, но не мясо, совсем не мясо. Нас просто так не разделаешь, не освежуешь. Ярким доказательством тому служили десятки раздавленных, еще конвульсивно дергающихся, исходящих едким дымком красных трупов. Твари спешили взобраться на аппарель, но неожиданно оказались под ударом трех увесистых стальных дубин.
– Получили, сволочи! – злобно проревел я. – Ну, ничего, сейчас я вам добавлю!
Ведомая моей рукой «шестьдесят четверка» взревела мотором, перевалила через начало апрели и медленно поползла вниз. Сейчас мне вовсе не стоило спешить. Каждая отвоеванная минута играла на руку Олегу и его людям, которые старались запустить застоявшийся двигатель грузовика. Так что если меня не атаковали…
Ага, как же… Размечтался! Атака последовала незамедлительно. Я еще только добрался до середины зарывшегося в песок съезда, а навстречу уже неслась как минимум дюжина красных бестий. Не знаю, намеревались
