Приговор судьи

приятеля я не являлся опытным следопытом, а потому обратил свой взор к небу, вернее к нависающим над нами бортам двух сухогрузов. Хотя классическим сухогрузом был лишь один из кораблей. Второй же, на грязно-синем борту которого красовалась выцветшая надпись «Джон Грин», являлся каким-то суперсовременным судном-универсалом, предназначенным для перевозки самого широкого спектра грузов. Скорее всего, именно с него и свалились те контейнеры, что сейчас находились не боле, чем в полусотне шагов от нас.
– Очень интересно, – Леший прервал мои наблюдения. – Похоже, этот проход специально расчистили.
– Сдурел что ли? Кто? Когда? На кой черт?
– Сразу столько вопросов! Прямо и не знаю, на какой отвечать первым, – Андрюха хмыкнул и поманил меня рукой. – Не веришь, глянь сам.
Прежде чем последовать примеру друга, я огляделся по сторонам и зябко поежился. Вот же цирк-зоопарк, умеет этот гавнюк создать настроение, заразить кожно-венерологической инфекцией под названием безотчетная подсознательная нервозность и тревога! Вот теперь у меня вся шкура чешется, а внизу живота холод. И все потому, что не могу отделаться от пакостного ощущения, что на меня кто-то смотрит, за мной кто-то наблюдает и непременно желает зла.
Тяжелый чужой взгляд будто придавил сверху, и я медленно опустился на корточки.
– Вон гляди туда, – Загребельный показал на небольшой участок земли, который еще не успела поглотить тень от высоких бортов. – Видишь борозды? Там явно что-то волокли.
Я пригляделся и действительно разглядел следы, смутно напоминающие пахоту или контрольно-следовую полосу. Правда очень старую, так как гребни валов практически стерлись, а канавки были почти полностью засыпаны пылью и песком.
– Эти что ли? Да им же в обед сто лет! – от вида этих отпечатков древности у меня слегка отлегло от души.
– Интересно борозды действительно старые или их пытались замаскировать? – Леший вновь поднял уровень адреналина в моей крови.
– Хорошо, не хочешь соваться сюда, давай поищем другой путь, – я встал на ноги и поглядел в ту сторону, откуда мы только что пришли.
– А другой путь можно искать долго и нудно, да так и не найти, – Андрюха тоже поднялся. – Там же сплошные завалы. Забыл что ли? На запад и восток еще идти можно, а вот в северном направлении выбор не особо велик.
– Да-а… – протянул я, припоминая искореженные, словно развороченные взрывами корабли, мимо которых мы проходили.
– Ладно, бог не выдаст, свинья не съест, – подполковник ФСБ отмахнулся от нерешительности. – Давай попробуем здесь просочиться. У нас с тобой не те возможности, чтобы просто так по этой свалке шататься. – Приняв решение, Леший серьезно поглядел на меня и добавил: – Только будь особо внимательным, Максим. Сообщай о каждой мелочи, о любом подозрении или даже ощущении.
– Ощущении? – не откладывая на потом сообщил я. – Есть у меня одно ощущение.
– Ну? – Леший наморщил лоб.
– Сдается мне, друг хороший, ты сейчас обгадился со страху. Ишь, как штырит!
– Тьфу ты! – чекист с досады сплюнул. – Остряк, блин, гребаный! Хотя… – Загребельный принюхался. – Какой-то запашок действительно присутствует. Трупный, что ли?
– Вот на этой оптимистической ноте, мы, пожалуй, и можем двинуться в путь, – совсем невесело проскрежетал я и осторожно шагнул вперед.
Мы и в самом деле продвигались очень осторожно. Это было даже хуже, чем идти по минному полю. Там хоть знаешь чего ожидать, чего страшиться, а здесь… Цирк-зоопарк, откуда же знать, что может произойти здесь, в чужом, насквозь враждебном мире? Пытаясь отыскать ответ на этот вопрос, мой мозг стал перебирать самые разнообразные варианты.
Конечно же, самый большой страх маленького, на сто процентов сухопутного человечка был перед кораблями. Казалось, что вот сейчас эти махины оживут, сойдутся и своими огромными ржавыми бортами разотрут нас в кровавую кашу.
На то, чтобы справиться с этим психозом, потребовалось где-то около минуты и шагов двадцать. Правда ему на смену незамедлительно пришло новое, куда более неприятное видение: вот сейчас грянет очередное землетрясение, твердь под ногами разверзнется, и мы вместе с этими угрюмыми, негабаритными железяками низвергнемся в самые глубины тартара. До него тут, видать, совсем не так далеко, можно сказать, рукой подать.
Через следующие два десятка шагов на ум пришла новая версия: бурый взрывоопасный поток… Если он вдруг хлынет в этот узкий железный коридор, то уйти от него мы просто не успеем. И тогда бум и все… пишите письма!
Угроза взрывоопасного селя казалась самой реальной. С этой штукой мы уже встречались в этих краях и видели ее разрушительную мощь. Так что именно на ней