В последнее время становится очевидным перемещение мирового центра из Европы в Юго-Восточную Азию. Свой географический шанс встать в ряд с Японией, Китаем, Кореей, и другими быстро растущими азиатскими экономиками, Россия, похоже, как всегда, упускает. А так хочется верить в нормальное будущее своей родины.
Авторы: Зайцев Виктор Викторович
Павел Петрович. Теперь мой черёд Вас развлекать, позволите показать несколько оригинальных устройств?
Хозяин не решился отказать гостю, так искренне восхищавшемуся его гостеприимством, неохотно вышел во двор, явно подозревая, что увидит очередную механическую игрушку или слегка модернизированное кремнёвое ружьё. Либо пистоль, с облегчённым стволом, и увеличенной дальностью стрельбы. Наверняка думал, что его, боевого поручика, какой-то штатский штафирка ничем не удивит. Действительно, я мысленно поставил себя на его место и решил не светиться со своими ружьями. Хватит с нашего хозяина оригинальной игрушки — телефона, протянуть телефонную линию из двух аппаратов я велел ребятам сразу по приезду. Потому демонстрация игрушки удалась, вызвав неподдельное удивление князя. Сначала он разговаривал со мной, находясь в пределах видимости, в сотне шагов, недоверчиво глядя на трубку. Затем поставил на своё место управляющего поместьем, добрался до меня, отобрал мою трубку и долго выспрашивал управляющего, пытаясь поймать нас на подтасовке. Наконец, убедился в подлинности связи, велел закрыть себя в погребе с телефоном, откуда пять минут разговаривал с управляющим, затем со своими гайдуками.
Одним словом, игрушка покорила отставного поручика, скучавшего в своём поместье. Наши робкие попытки распрощаться и отправиться дальше, были пресечены настойчивым приглашением к ночлегу. Не желая остаться в долгу, мы с ребятами на скорую руку раскинули пять телефонных линий — из господской спальни, из залы, приёмной, в людскую и конюшню. Посадили за коммутатор девушку, обеспечив беготню всего населения усадьбы до позднего вечера. Слава богу, помещик привык рано ложиться, нам удалось после обильного ужина отоспаться, впервые не выставляя караула на ночь. Утро дало ожидаемый результат — Павел Петрович завёл разговор о приобретении игрушки, двадцати телефонных аппаратов с коммутатором. Пришлось настоять на обучении как минимум четырёх человек из дворни, которых мы договорились забрать на обратном пути, как и аванс.
Москву мы проехали за один день, потому, ничего интересного для себя я не увидел, невзрачный, застроенный деревянными избами и теремами, Кремль, теснота, обилие нищих у каждой церкви. Пожалуй, лишь они меня смогли удивить, храмов оказалось непривычно много, раз в десять больше, чем в той Москве, где я бывал. Удивило редкостное смешение стилей, рядом с новеньким особняком екатерининских времён, а-ля классика, окружённого статуями греческих богов и героев, стояли типичные русские терема из потемневшего дуба. Напротив трёхэтажных кирпичных доходных домов легко можно встретить крытые соломой избы на одно слюдяное окошко. Также отличались прохожие, мимо типичного чиновника из девятнадцатого века шли в рванине босяки, при виде которых приходили на память иллюстрации к восстанию Болотникова. Никаких дел в старой столице мы не заводили, торопились в Санкт-Петербург. Петербургский тракт разительно отличался от того, где мы побывали. Чувствовалось, что по нему недавно проехала императрица со всем двором, возвращаясь в Санкт-Петербург на лето. Все мосты были в порядке, в крупных населённых пунктах стояли рогатки с солдатами, проверявшими подорожные. Даже изображались попытки ремонта дорог, как минимум целых две засыпанных ямы на пути в четыреста вёрст мы видели своими глазами.
В целом же, ближе к Петербургу, всё меньше встречалось деревень, болотистые, заросшие мелколесьем, окрестности не способствовали развитию землепашества. Соответственно, народ стремился обустраиваться южнее, ближе к Москве. Дошло до того, что на нас вновь напали разбойники, на сей раз, среди белого дня. Более того, когда мы отбили неожиданное нападение, среди убитых оказался явный дворянин, с пистолем за поясом. Экий Дубровский, вспомнил я повесть Пушкина, при виде заросшего нестриженой бородёнкой с юношескими усиками лица убитого. Жаль парня, да, сам выбрал такую смерть, знать, не великого ума был покойник при жизни. Разбойников я давно не жалел, в восемнадцатом веке проблем с выживанием для здорового мужчины не существовало. Рыбы в реках полно, зверь в лесах водится, не хочешь работать — иди в холопы, в дворню к барину. Там тебя накормят, напоят, оденут и к делу пристроят. Желаешь независимости — иди в Сибирь или на Север, руки-ноги целы, прокормишься и семью прокормишь. Только откровенные лентяи и дебилы оказывались в разбойниках, как бы их не идеализировали писатели будущего.
Тем более, что принципиальной разницы в образе жизни крестьянина и дворянина не существовало, если крестьянин был зажиточный. Питание одинаковое, развлечения практически одни и те же. Одежда, разве, отличалась,
