В последнее время становится очевидным перемещение мирового центра из Европы в Юго-Восточную Азию. Свой географический шанс встать в ряд с Японией, Китаем, Кореей, и другими быстро растущими азиатскими экономиками, Россия, похоже, как всегда, упускает. А так хочется верить в нормальное будущее своей родины.
Авторы: Зайцев Виктор Викторович
механическую пилораму, за месяц досок напилим на пять корабликов, а то и больше. Сосны добрые, не меньше сажени в обхвате, пилы за зиму мы направили, лишь бы привод сделать.
— Да, Сормов посмотрит на месте, не выйдет речку запрудить, паровик приспособит, тот, что третий, — Палыч задумчиво кивнул головой, — как ты думаешь, сколько китайцев придёт тебя наказывать?
— Точно сказать не могу, никто из наших парней по-китайски не бает, сам знаешь. Приезжали к нашему острогу какие-то людишки, с охраной, грозили, кричали так тоненько, как злая старуха. Послали мы их, сам знаешь, куда. Дважды возвращались, но, видать, поняли, что мы их не понимаем, уже два месяца не видать тех людишек. Думал я, местных жителей расспрашивал, что поумнее, — тесть погладил свою бороду, — бают, отряд будет небольшой, до тысячи воинов. Сотня всадников, полсотни стрелков с ружьями и фузеями, пушек, вот, обещают много, чуть ли не двадцать, это плохо. Остальные с пиками и саблями. Придут в начале лета, в июне, по-нашему. Может, успеем уплыть?
— Надо думать, дело опасное, нужно подробно всё обсудить и прикинуть, что нам выгоднее, быстро уплыть или разгромить отряд и ввязаться в войну с китайцами. Оружия у нас больше, чем достаточно, на пару армий хватит. Если сможем продержаться пару лет, дальше будет веселее, боеприпасы пойдут свои, сможем перемолоть любую армию. — Палыч взглянул на меня, — второй Сталинград можно китайцам устроить. Зимой они воевать не станут, а летом всегда можно уплыть по Амуру, если война не заладится. Как?
— В любом случае, безопасный путь из России нам нужен, уже нынче осенью могут сюда первые караваны выйти. Опять же, ты прав, лучше воевать с китайскими войсками на берегу Амура, чем возле нашего будущего поселения, где нам свяжут руки семьи и развёрнутое производство. Там мы никуда отступить не сможем. — Я дождался утвердительного кивка Палыча и продолжил, — и третье, при таких доходах, грех уходить отсюда. Не забывайте, пару-тройку лет, мы будем работать без прибыли, единственная надежда на доход от торговли мехами.
— Тогда нам нужно спешить, — тесть снова принялся нервно теребить свою бороду, — полторы-две недели до половодья у нас есть. Дай небольшой отряд, чтобы доставили наши меха сюда, после половодья отправишь их обратно, в Таракановку. Оттуда Володя вышлет их в столицу, Лушникову на продажу. Коли всё пройдёт быстро, через год серебро смогут сюда доставить, с тридцатью тысячами рублей серебром мы весь Охотск купим, все торговые суда будут нашими.
— Ну, Фёдорович, ты даёшь, — захохотал Палыч, услышав предложения моего тестя, — да ты авантюрист почище нас. Но, мысль толковая, с отправкой мехов надо спешить, а надёжную команду сопровождения я подберу.
После отъезда тестя мы немного изменили планировку будущей крепости, в расчёте на возможную осаду китайской армией. Работы было невпроворот, весна в Сибири короткая, не успеет стаять снег, как земля просохнет, и можно будет двигаться вдоль берега на Восток. Роман моей дочери и нашего проводника развивался стремительно, но, старый холостяк всё не решался сделать официальное предложение руки и сердца. Что не мешало ему находиться рядом с Аграфеной круглый день, расставались они лишь на ночь. Потому, особого выбора для нас с Палычем не было, в том, кого направить руководителем отряда в Таракановку. Грушу знали все, статус моей дочери и её твёрдый характер придали ей необходимый авторитет руководителя. Небольшой отряд в десяток всадников при паре фургонов сможет двигаться достаточно быстро, чтобы добраться в Таракановку до наступления зимы. Если Аграфена поедет, участие Кочнева было гарантировано, чего мы и добивались. Другого способа уговорить независимого казака проводить наш отряд, хотя бы до Иркутска, не было.
В том, что Груша выполнит мою просьбу и отвезёт меха в Таракановку, я не сомневался, за пару лет девушка не проявила ни капли стяжательства. Да и Палыч выделил в сопровождение десяток проверенных парней, под командой опытного башкирского бойца. Все они шли со своими семьями, которые оставались с нами, двигаясь дальше на восток. Учитывая родственные чувства людей восемнадцатого века, даже доли сомнения в возвращении нашего отряда не возникало. Чтобы парни двигались быстрее, мы каждому всаднику выделили заводного коня, ещё по паре лошадок прикрепили к каждому фургону дополнительно. Тесть нас не подвёл, через двенадцать дней из острога ребята привезли мешки с драгоценным мехом. На следующий день Груша вместе с Тимофеем повели свой караван обратно в Иркутск, и дальше, до самой Таракановки.
А мы остались пережидать половодье, заполняя вечера переговорами по рации с жителями острога, который Палыч предложил назвать
